Евреи не могут жить в Германии.

 

 

 

 

ı Домашняя ı В картинках  ı Была семья ı
ı Быстрый вход в тему ı
В двух словах ı Максимы ı Здравый смысл ı
ı
Пикетирование немецкого посольства ı Репортаж с финансовой петлей на шее ı
ı Автор ı Кредо ı Дневник ı Последняя страница дневника ı Для прессы ı
ı
 Физиология правдолюбия ı Психология конфликта ı Политкорректность ı
ı
Мифы о Германии, евреях и немцах ı Интеграционный прогноз ı
 
ı Лагеря концентрационные, беженцы контингентные, Что общего? ı
ı
Зачем Германии евреи? ı Действительно ли Германия покончила с нацизмом? ı
ı А, судьи кто? Психиатрия  ı Карательная психиатрия в Германии ı
ı
Валентин Брагинский, немцы и Достоевский ı Критика ı Пачкуны ı Статус  ı
ı
Война с государством ı BND ı Идет охота на архив ı ФСБ ı ФМС ı
ı
Завлечение в Германию ı Задержание в Германии: Что я сделал не так? ı
ı
 Брагинский против Германии: Жалоба в Европейский суд по правам человека ı
ı
Свобода слова в Германии ı Заказная публикация ı
ı  Письма ı Открытое письмо уполномоченному по правам человека Лукину ı
ı
От Адама ı Зомби ı Жиды ı Дневник № 2 ı Иск: Ответчик ФСБ РФ ı
ı
Проекты: ı Книга ı Новизна ı Издателям ı Сценарий ı Сумасшедшая идея ı
ı Помирю, рассужу, воспитаю... ı Если бы советником президента был я ı
ı
Клавиатурная грамотность ı Проект Валентина ı Инвестору / Спонсору ı
ı Политика в России ı Жил был поп, толоконный лоб. Мнение о законопроекте ı
ı Из "Рефлексии любви": Слонов то он и не приметил ı Сын шакала и гиены ı
ı Соотношение между моральным и нравственным ı Любовь к примирениям ı
ı Фаллософическая стоматология ı Хуже иммиграции только тюрьма ı
ı Может он антисемит? ı Охота на птицу счастья: Консультации ı
ı
 Видео ı Видеодневник сына ı Видео и тексты доступ к которым ограничивается ı
ı Мракобесы: Фото ı Это мы любим ı Jüdische Einwanderung nach Deutschland ı
ı Video (Deutsch) - эти видео были запрещены к просмотру в Германии ı
 ı
Контакт ı Сайт в формате pdf ı Это меня не касается ı

Дневник 10 часть

Назад Далее

15 апреля 2007 г.  Ночь

Германия (именно Германия), решать проблемы, возникшие у нее из-за существования этого сайта, намерена по прежнему на пути помещения моего сына в детдом.  

Недавно два товарища Валентина попытались привлечь его к краже жвачки в магазине. Мама одного из них, в последний год жизни Марины, постоянно крутилась возле нее, изображая подругу. Логично предположить, что заявление о том, что мой сын попытался привлечь ее сына к краже уже отправлено куда велено. Вполне вероятно, что вторая мама проделала тоже самое.  

Перед этим Валентину пытались подарить случайно найденный в автобусе не дешевый мобильный телефон. Логично также передоложить, что в полиции уже лежало заявление о краже телефона.  

Если удастся предупредить, все провокации подобного типа (я приложу к этому все усилия), то могут пустить в ход состряпанные психологами обвинения в том, что я ссорю сына с товарищами, запретив приводить некоторых из них в дом и требуя от него быть более разборчивым в друзьях. Ничего у вас не выйдет, господа. Я отец, - имею право, и более того обязан следить за тем с кем и как дружит мой сын. 

А то, что Германия не оставила идею давить на автора книги и сценария фильма об иммиграции евреев в страну Холокоста путем лишения его родительских прав следует хотя бы из этого письма ведомства по делам несовершеннолетних бирже труда.

 

ТРЕБУЕТСЯ УБЕЖИЩЕ.

 

16 апреля 2007 г. 

Ходил сегодня в контору по аренде квартир. Принес все необходимые документы. Услышал: 

- Мы против того, чтобы квартира была переоформлена на вас сейчас.
- Как это против? Вы потребовали от меня в письме целый набор документов для заключения договора аренды. Вот эти документы.
- Заключения договора сейчас - не будет.
- Я уже два месяца живу в этой квартире?! Вы получаете арендную плату за нее. Как это все понимать?
- Мы приостанавливаем оформление договора найма квартиры по требованию ведомства по делам несовершеннолетних.
- Покажите мне это требование. 

В ответ, что-то абсолютно невразумительное.

- Какое вообще отношение, вы частная коммерческая фирма имеете к ведомству по делам несовершеннолетних?
- Вам надо ждать согласия ведомства.
- Хорошо, дайте мне письменный отказ, я напишу протест, и буду ждать.
- Письменного отказа не будет.
- Это не серьезный разговор.
- Все вполне серьезно.
- Ладно, как ваша фамилия.
- Этого я вам тоже не скажу.

Цирк, - надо бы так характеризовать отказ заключить договор аренды квартиры, вместе с отказом дать отказ в письменной форме, если бы за этим не стояли самые серьезные цели, которых добивается государство. 

Но можно посмотреть на ситуацию и с философской точки зрения. Здесь любопытно взаимоотношения государства с независимыми от него по закону организациями, да и вообще со своими гражданами. Широко известна характеристика Германии, данная государству великим Ницше, - «холодное чудовище».  

Получив отказ заключить договор аренды квартиры, я бы эту мысль развил так. Имя этому холодному чудовищу – удав. А организации и уж тем более граждане – это загипнотизированные кролики, преданно смотрящие в глаза удаву и идущие по направлению к его широко раскрытой пасти. Столь знаменитое единство немецкого государства со своими гражданами и организациями – это единство удава с кроликами находящимися в его утробе. 

Встань Ницше из гроба, думаю, он бы меня похвалил за эту конкретизацию своей мысли.

 

ТРЕБУЕТСЯ УБЕЖИЩЕ.

 

17 апреля 2007 г. 

Вот эту бумажку полиция наклеила на вонмобиль после того как соскоблила с номеров машины этикетки, говорящие о том, что за машину заплачен налог и она застрахована. 

 

Здесь написано, что я не имею права держать машину на улице. За нарушение запрета - штраф полтысячи евро.

Запрет именем обер-бургомистра. Логика простая: нет денег заплатить налог (400) и страховку (150) евро - не держи машину на улице. А где мне ее держать? В квартиру что ли поставить? (Странно звучит "в квартиру", отвык, ...7 лет был бездомным). Тут ведь САМОЕ ВАЖНОЕ, почему я не заплатил?

Потому что нет денег. А денег у меня нет, потому что этот самый обер-бургомистр Шрамма, который одной рукой (орднунгсамт) наклеил мне на машину эту красную бумажку, перед этим, другой рукой (биржа труда, чиновники: König, Meerkamp, Lübke) залез ко мне в карман и вытащил  из него 11 тыс. евро от проданной московской квартиры. 

В законе четко прописано, в возрасте 56 лет человеку обязаны начать платить пособие по безработице, как только собственных денег у него станет меньше 11 тыс. евро. А мне его когда начали платить? После того как я распродал все, вплоть до одежды, после того как побывал в тюрьме за кражу.  

 

ТРЕБУЕТСЯ УБЕЖИЩЕ.

 

19 апреля 2007 г.

Причина смерти безработного – голод! Такими заголовками пестрят газеты Германии. Однако голод, причина смерти – это только полправды. Вся правда в том, что у безработного не было денег на покупку еды. А денег у него не было потому что биржа труда не платила ему пособие по безработице. То есть чиновники ARGE – убили человека.


О чем говорит эта смерть? О том, что судебным решение убить человека в Германии – нельзя, а решением чиновника можно. Написав Бундесканцлерин Меркель «если ваши чиновники не убьют меня», я ничуть не преувеличил. Здесь газетная вырезка и мой комментарий, комментарий человека побывавшего в шкуре убитого чиновниками безработного.

 

ТРЕБУЕТСЯ УБЕЖИЩЕ.

 

21 апреля 2007 г.

Пришло по почте письмо из кассы медицинского страхования. Внутри карточка с чипом. Точно такая же карточка пришла по почте две недели назад?! Позавчера получил паспорт социального страхования. Свидетельство с водяными знаками, все очень серьезно и надежно. За неделю до этого получил точно такое же?!

Никакого другого объяснения этим вторым экземплярам серьезных документов, кроме того, что специально заказано для меня BND - нет.  Цель? За этим могут, например, последовать обвинения в подделке и продаже документов. Достаточно перепрограммировать карточку (доступно школьнику) и "доказательство" криминального деяния готово.

Можно использовать эти вторые экземпляры документов как "доказательства" утраты памяти автором книжки об иммиграции евреев в Германию. Мол заказал, дважды и забыл. А если к этому прибавить идущие по почте потоком из Телекома посылки, которых я не заказывал... .

Что стоят публикации больного человека? Что, за свидетель с такой дырявой памятью? В крайнем случае можно попробовать использовать этот текст как "доказательство" мании преследования.

Как же отсюда выбраться?

 

ТРЕБУЕТСЯ УБЕЖИЩЕ.

 

 

 

22 апреля 2007 г.

Продолжу предыдущую запись. Создание "доказательств" утраты мною памяти ведется с двумя целями - дискредитировать меня как свидетеля и попытаться заставить меня самого поверить в, что у меня что-то не в порядке с головой.

Ничего у вас не выйдет господа, я имею в виду вторую цель. Вы в состоянии только наплодить "свидетелей" из числа сотрудников Телекома, медицинской, пенсионной кассы и тому подобных организаций, ну еще частных лиц. У меня есть такие доказательства того, что  у меня все в порядке с головой, которые вам ни за что не убить, эти доказательство - моя книга и тексты этого сайта. В том числе и эта вот запись от 22 апреля 2007 г.

ТРЕБУЕТСЯ УБЕЖИЩЕ.

 

 

----------------------------

На этой странице будут помещены иски о возмещении причиненного мне и моему сыну в Германии вреда после их подачи в суд.

К теме "Иск" я уже обращался. На сайте "Рефлексия любви" была страница "О том, как правильно требовать компенсаций". Сегодня я написал бы эту страницу в более строгом стиле, но идея в принципе понятна, времени на ее переделку нет, поэтому помещаю текст здесь в первоначальном виде. 

Возвращаясь к теме, имеет смысл еще раз завести разговор о том, что сколько стоит и чем платить? Иногда это элементарно, иногда разрешимо лишь в самом общем философском плане, иногда неразрешимо вообще. С проблемой оценки сталкиваешься непрерывно. Возможно - это самая частая задача, которую приходится решать в жизни. От того, как успешно человек решает эту задачу, без преувеличения, зависит его судьба.

Сколько стоит мой труд? Сколько стоит это предприятие или акция? Стоит ли с этим связываться? Стоит ли на ней жениться? Стоит ли выходить замуж или разводиться? Стоит ли заводить детей? Стоит ли иммигрировать? Стоит ли это покупать, и если да, то, сколько это стоит? Сколько стоит мой дом, картина, мелодия, книга? Сколько стоит душевное равновесие, радость жизни или творческий подъем? Как, и во сколько оценить унижение, оскорбление, предательство, ложь, клевету...?

В 2003 году я попытался оценить размер причиненного переездом в Германию вреда. Назвал ответчика - немецкое посольство в Москве, которое обвинил в том, что оно завлекает евреев в Германию. Определил и сумму иска. Сам иск подал в Никулинский суд Москвы. О том, что из этого вышло, уже писал на странице "Автор" - не буду повторяться.

За прошедшие три года возникло новое понимание проблемы. Ответчик будет другой - государство, и суд будет другой - Европейский суд по правам человека, сумма иска тоже будет другая. Сегодня я оцениваю размер иска в один евро. Делаю это потому, что при большей сумме возникают проблемы с самооценкой. Раз позволил себя обмануть - значит дурак, а на это я не могу пойти, без отношения к себе как к человеку не глупому - это не жизнь.

Кроме того будет подан иск о возмещении вреда причиненного здоровью сына. В этом иске цена ущерба здоровью будет реальная. Доказать, что причиной лейкемии послужили незаконные действия кельнских властей невозможно. Однако доказать, что та кошмарная жизнь, в которую погрузили сына незаконными прекращением выплаты ему социального пособия в 2000 г., лишением медицинской страховки, выселением полицией с применением насилия из квартиры, прекращением посещения школы, насильственной передачей матери, ограничением возможности общения с отцом и так далее и так далее, доказать, что это привело к ослаблению защитных сил организма и способствовало возникновению лейкемии я смогу. Этот иск я оцениваю в десять миллионов евро. Если я ошибся, то суд меня поправит. Европейский суд по правам человека.

В конвенции о защите прав человека и основных свобод сказано, что человек имеет право на жизнь. Мне это очевидно и безо всякой конвенции как и то, что надо спешить жить.  При лейкемии - это особенно актуально. Сжать время можно только при помощи денег. Сумма в которую я оценил ущерб справедливая и реальная. Государство, к которому будет предъявлен иск, способно возместить причиненный здоровью сына ущерб в полном объеме.

Сам себя ребенок защитить не сможет, значит это обязан сделать я.

________________________________

23 апреля 2007 г.

Без упоминания того, что спецслужбы бывают в квартире, когда нас сыном в ней нет, картина нашей сегодняшней жизни была бы не полной. Вся та чертовщина, о которой я писал в дневниковой записи от 1 июля 2006 г. вновь пущена в ход. Но посещения нашего дома с целями названными в предыдущей записи я расцениваю как не самое неприятное и опасное, что делается спецслужбами.

Самое неприятное и опасное с заходами в жилище происходило в тюрьме. Камеру, как квартиру изнутри не запрешь. Несколько раз я просыпался в дюссельдорфской тюрьме ощущением того, что не просто проснулся, а проснулся после наркоза. "Лекарственность" сна мне была абсолютно очевидна. Уверен, что делалось это с целью захода в камеру. Подложить снотворное не составляло никакого труда, проще всего передать в камеру вместе с ужином.

Можно предположить, что спецслужбы интересовали тексты, которые я писал, а также нет ли каких средств связи с волей. В принципе все это можно брать с собой с собой на прогулку, тогда шмон во время прогулки ничего не даст. Даже во время посещения душа одежда, в которой могут быть записи и мобильный телефон на виду десятка заключенных, так что получить доступ к тому что я писал в тюрьме можно было только пока я спал.

Все это мне было и тогда ясно, как и то, что шмон мог быть не единственной целью. Самая вожделенная цель спецслужб, чтобы истец и автор книги заболел, а еще лучше умер от какой-нибудь "естественной" болезни. Разве это невозможно? Вот умерла же недавно соавтор книги и свидетель по иску в Европейский суд от рака. Новый 2007 год праздновали вместе, ни о раке ни о смерти даже не помышляли, а она (смерть от "рака") взяла и пришла к Марине 26 января 2007 г, уже на третий день после посещения адвоката с просьбой вызволить меня из тюрьмы.

 

ТРЕБУЕТСЯ УБЕЖИЩЕ.

 

 

 

24 апреля 2007 г.

Вот ответ прокуратуры на мое требования возбудить уголовное дело по поводу незаконного помещения сына в детский дом.  

Здесь написано, что прокуратура делать этого не будет поскольку заявление от 02.02.2007 не соответствует §§ 152 Abs. 2, 160 Abs. 1 StPO. Та же участь постигла и все остальные заявления от 14.02.2007, 15.02. 2007, 17.02. 2007, 20.02.2007, 22.02.2007.

В этих заявлениях (есть в этом дневнике) я перечислил факты, которые свидетельствуют о насильственном помещении ребенка в детский дом, о насильственном удержании его там, о психическом давлении оказываемом на сына, вероятнее всего с применением психотропных препаратов. Соберем еще раз в одном месте самое главное. 

В день похорон матери, больного лейкемией ребенка, насильно помещают в детский дом, под предлогом заботы о нем и его здоровье, …и это для прокуратуры не повод для выяснения, что за этим стоит? 

Ребенок звонит отцу  (этот звонок зафиксирован в счете на оплату телефона),  говорит, что едет к нему на встречу, но оказывается в детдоме. После этого сотрудник детского дома звонит отцу и говорит ему, что «сын не желает его видеть и отказывается с ним встретиться». И вот этого факта недостаточно(???!!!!) для возбуждения уголовного дела. Для прокуратуры принципиально важно не то, что совершается преступление, а то, что описание этого преступление дано не профессиональным юристом, а всего лишь отцом пострадавшего.

У ребенка заменяют в телефоне SIMкарту, после чего все его попытки дозвониться до отца оказываются безрезультатными. Отец также не может дозвониться до сына и в ответ на свои требования отдать ребенку телефон узнает от работников ведомства по делам несовершеннолетних, что сын не отвечает на его звонки, потому что не хочет с ним разговаривать. Отцу на протяжении недели отказывают во встрече с сыном, не сообщают даже адрес детдома, якобы потому что в ведомстве по делам несовершеннолетних какие-то проблемы с сотрудниками говорящими на русском языке и якобы это не позволят организовать встречу ребенка у которого неделю назад умерла мать с отцом. И всего этого прокуратуре недостаточно для возбуждения уголовного дела???!!!! 

Ребенок в состоянии описать, все, что с ним происходило до помещения в детский дом, и что было после первой нашей встречи. Между этими двумя событиями прошла неделя. Ничего больше, кроме того, что он пытался до меня дозвониться в течение этой недели память ребенка не сохранила. И этого мало для проведения теста на наличие психотропных препаратов в организме???!!!!

Сыну сообщают, что ему запрещено со мной встречаться наедине, запугивают тем, что за нарушением запрета следит полиция. 5 февраля директор гимназии не позволяет мне встретится с сыном, ссылаясь на запрет ведомства по делам несовершеннолетних. Я покидаю гимназию, однако остаюсь в машине на стоянке напротив гимназии в надежде, что сын увидит машину и поймет, что я рядом и что стараюсь вызволить его из заточения в детский дом. Приезжает полиция и требует от меня покинуть стоянку, ссылаясь на запрет общения с сыном, наложенный ведомством по делам несовершеннолетних. 

После занятий полиция вновь появляется в гимназии. Сыну сообщают, что полиция приехала, чтобы предотвратить нашу встречу, затем на виду у товарищей его сажают в полицейскую машину и отвозят в детский дом, заезжая по пути в участок, где ребенку демонстрируют, как быстро полиция реагирует на вызовы. И этого мало для возбуждения уголовного дела???!!!! 

В дальнейшем ребенок о встречах со мной сообщает в детский дом как о встречах с товарищами. И вот, эта ложь, порожденная пониманием невозможности противостоять полиции, ведомством по делам несовершеннолетних принимается как доказательство того, что сын не желает общаться с отцом. И вот этой "технологии создания оснований" для лишения отца родительских прав прокуратуре недостаточно для возбуждения уголовного дела???!!!! 

16 февраля Валентин отказывается ехать в детдом. Заявляются два сотрудника криминальной полиции забирают его с собой и возвращают в детдом. Да уже одного этого достаточно, чтобы завести уголовное дело против тех, кто не позволяли ребенку с отцом встретится и пытались убедить отца в том, что сын не желает его видеть.

23 февраля Унферцаг, наносит сыну серьезнейшую психическую травму многократно в разных вариантах спрашивая его о смерти мамы, и добиваясь от него таких ответов на вопросы, которые можно было бы попытаться интерпретировать как нежелание сына дальше жить с отцом. 26 февраля Зауер запугивает сына передачей его на воспитание в чужую семью, рассказывая ему о составе этой семьи, о том, где она живет. И вот этого всего недостаточно, для возбуждения уголовного дела???!!!! 

Что еще к этому можно добавить? Только, то, что поиск следов препаратов, которые вызвали потерю памяти в первую неделю пребывания Валентина в детдоме не сделан именно потому, что преследуется цель – скрыть следы преступления. Надо говорить прямо: прокуратура – соучастница преступления. Можно попробовать вообразить себе на сколь высоком уровне власти находится его заказчик. 

На протяжении последних семи лет я многократно обращался в прокуратуру.

Обращался с жалобами на адвокатов Шуценберг и Майер в связи с тем, что они, будучи по документам моими адвокатами, действовали на стороне моих противников (кельнских властей) и делали все возможное, чтобы решение суда было не в мою пользу. Безрезультатно.

Обращался с жалобами на незаконные действия городских властей, оставивших меня с сыном без жилья, средств жизни и медицинских  страховок, на основании предположения, что я проживал с семьей в Москве в собственной квартире, а не под мостом или на вокзале. Безрезультатно. 

Требовал возбуждения уголовного дела по поводу того, что Марину незаконно обременили долгами, и под обещание их погасить вынуждают участвовать в провокациях против меня, заставляют писать в полицию заявления о якобы моем агрессивном поведении. Безрезультатно.

На протяжении нескольких лет Марина получала от государства ежемесячно 28 евро на дополнительное питание для больного лейкемией сына и одновременно платила 50 евро ежемесячно в счет погашения «своего долга» владельцу квартиры, из которой нас сыном выселили еще в 2001 году. 

Марина выплачивала «долг» адвокату Фолькману, несмотря на то, что к тому времени, когда нас с сыном веселили из квартиры, она уже два года как снимала другую квартиру, то есть вообще не имела к той квартире, в которой мы жили с сыном никакого отношения. Она признала себя должницей владельца квартиры, в которой жила до развода, лишь после того как ей прекратили выплачивать социальное пособие, лишили медицинской страховки, разорвали договор аренды и начали процедуру выселения из квартиры.  

Сколько раз я требовал от прокуратуры вмешаться. Ответ только такой - нет повода или нет оснований. В конце концов, мои требования, очевидность целей, с которыми Марину искусственно обременили долгами и вынудили их платить привели к тому, что последние месяцы жизни она прекратила выплачивать несуществующие долги, но уголовного дела против тех, кто добивался от нее нужного поведения описанным выше методом заведено так и не было.

Я неоднократно обращался в прокуратуру с требованием провести расследование в связи с тем, что в мой организм какими-то путем попадают психотропные вещества, влияющие на работоспособность. Я убежден, что преследуется цель – помешать работе над книгой и публикации книги. Ответ на требования проведения расследования тот же самый, что и на все другие обращения в прокуратуру – "нет оснований" или "нет повода". Ответ безо всякой аргументации. 

На мои жалобы по поводу того, что биржа труда больше года не выплачивает назначенное мне решением от 11 ноября 2005 года пособия по безработице, прокуратура вообще не ответила. 12 июля 2007 г. в Дюссельдорфе меня будут судить как вора. И этот суд в такой же мере «дело рук» кельнской прокуратуры, как биржи труда.  

Несмотря на отказ возбудить уголовное дело по поводу незаконного помещением сына в детский дом, несмотря на то, что прокуратура, очевидно, препятствует раскрытию этого преступления, я буду обращаться в прокуратуру и дальше. 

С точки зрения психиатрии – такое поведение ненормальное. Нормальный человек, уже после трех – четырех отказов ведомства выполнять наложенные на него законом обязательства, после осознания того, что ведомство соучастник преступлений, должен прекратить дальнейшие попытки искать защиты в прокуратуре. Но я в эту игру под названием «немецкая демократия и законность» буду играть до конца. 

Я отдают отчет, в том, что сегодня адекватное ситуации поведение – это просить убежище, что единственный путь не потерять сына, самому остаться живым и здоровым – это получить убежище, но делать это я буду, обращаясь параллельно  в прокуратуру за защитой. 

В скором времени в прокуратуру поступит заявление с требованием провести расследование, была ли скоропостижная смерть Марины Брагинской результатом врачебной ошибки или это насильственная смерть свидетеля и соавтора книги.  

Я потребую от прокуратуры взять под контроль расследование, проводимое полицией в связи с требованиями закрыть этот сайт под угрозами расправы с сыном. Полиция этим делом занимается совершенно недостаточно и даже не ясно ведет ли расследование вообще? Заранее очевидно, что полиция не найдет того кто шлет мне угрозы убийства сына, но я хочу знать, что именно сделано по его поиску. 

Я потребую от прокуратуры найти тех, кто помещает в Интернете сообщения о том, что меня убили, о том, что я педофил, о том, что я повесился, от том, что уже похоронен. Мне совершенно очевидно, что это все делается  спецслужбами, потому что помещение таких сообщений в Интернете это единственное,  чем способна возразить Германия на мою книгу о еврейской иммиграции. На меня все эти сообщения о моей мучительной смерти не производят никакого впечатления, но эти сообщения читает неопределенный круг людей, их может прочитать мой сын. Мои читатели и в первую очередь мой сын имеют право на защиту закона, в том числе и в лице прокуратуры. 

Также в скором времени в прокуратуру поступит заявление об ограничении доступа к этому сайту. Доказательств, сколько угодно. Речь идет о крайне серьезных преступлениях. У меня крадут не просто читателей, доброе имя и писательский авторитет. У меня воруют деньги. Вся эта зависимость от государственного пособия, невозможность выехать из Германии все это держится на ограничении доступа к сайту и фальсификации рейтинга.

Дело прокуратуры потребовать от ведомства по делам несовершеннолетних вернуть сыну паспорт. Он исчез в период, когда ребенок находился в детском доме, и за все что происходило с сыном и его вещами  в это время, очевидно, несет ответственность югендамт.

Задержание паспорта я рассматриваю не только как препятствие в выезду из Германии, но и как шаги к навязыванию сыну немецкого гражданства. Если паспорт подбросят в квартиру в качестве «доказательства» моей ограниченной дееспособности, то в прокуратуру пойдет очередное заявление о преследовании с участием спецслужб. 

Все эти заявления поступят в прокуратуру в том случае, если я физически буду в состоянии написать такое количество заявлений. А пока. 

 

ТРЕБУЕТСЯ УБЕЖИЩЕ.

 

25 апреля 2007 г.  МОТИВЫ ПОМЕЩЕНИЯ ВАЛЕНТИНА В ДЕТДОМ

Я писал, что целью помещения сына в детдом является давление на меня, но это только полправды.

ЗАЯВЛЕНИЕ В ПРОКУРАТУРУ

В прокуратуру Кельна                                                              Köln, 25.04.2007
50926 Köln 

Kopie:
Generalkonsulat der Russische Föderation (Bonn)
Rossiyskaja Gazeta (Moskau)
Kölner Stadt Anzeiger (Köln) 

Aktenzeichen: 83 Js 153/07

                                                                                                Russisches Original 

ЗАЯВЛЕНИЕ

Считаю необходимым дополнить мои заявления по делу от 02.02.2007, 14.02.2007, 15.02. 2007, 17.02. 2007, 20.02.2007, 22.02.2007 объяснением мотивов помещения моего сын в детский дом. 

Мною написаны книга и сценарий фильма о поселении евреев в Германии. Книга называется «Иммиграция евреев в Германию. Манипуляция сознанием и этический аспект». Название фильма «Не убий!». Фрагменты книги и обращение к издателям опубликованы на моем сайте в Интернете www.braginsky.com. 

На сайте также опубликовано мое обращение в Комиссию по правам человека ООН о массовом нарушении прав евреев в Германии. Кроме того, на сайте находится мое открытое письмо президенту России Путину объясняющее причины неинтегрированности евреев в Германии и содержащее просьбу помочь евреям вернуться в Россию. 

Основные идеи книги и фильма следующие: После Холокоста евреям по нравственным соображениям нельзя жить в Германии. Живущие в Германии евреи – не беженцы. Главная цель поселения евреев в Германии – это не спасение беженцев от преследований, а улучшение имиджа Германии в глазах мирового общественного мнения и избавление немцев от чувства стыда и вины за Холокост. Завлечение евреев на жительство в Германию статусом беженцев – это афера государственного масштаба, организованная правительством и Бундестагом. Поголовная удовлетворенность евреев своей жизнью в Германии достигается совместными репрессиями органов власти и органов юстиции. Картина еврейской иммиграции в Германию создаваемая немецкими СМИ имеет мало общего с реальной картиной. 

В книге и публикациях сайта содержится множество доказательств истинности вышеперечисленных утверждений. В Германии не в состоянии их опровергнуть, поэтому выбран путь возражения на книгу и фильм методом порочения их автора. Попытка лишить меня родительских прав – это попытка создать мне образ опустившегося человека, со всеми вытекающими отсюда (в случае успеха) последствиями для книги и сценария фильма. 

Надеюсь, что объяснение мотивов помещения моего сына в детский дом поможет вам определить заказчика и организатора этого преступления.  

Еще раз ходатайствую о возбуждении уголовного дела.

 

Dr. V. Braginsky

 

ТРЕБУЕТСЯ УБЕЖИЩЕ.

 

26 апреля 2007 г.

Не узнаю себя в зеркале. Опухшее лицо алкоголика. Что за этим?  

Имиджмейкеры из BND создают мне нужный им образ для дальнейшей работы? Начинают проявляться результаты ночных заходов спецслужб в камеру в тюрьме?

Почему мне никто не поможет из России? Ни одного(!) нормального письма или звонка. Книга не вызывает интереса? Никогда в это не поверю! Количество посетителей и скорость, с которой закрывались форумы по книге на серьезных или популярных сайтах - ясно говорят об обратном.

Вся статистика сайта фальшивая?  Его не посещают вообще?

Никто не знает, что здесь происходит?  

Знают, но не верят? Верят в высокий уровень западной демократии, и в то, что западные спецслужбы, прокуратуры и суды, действуют в строгом соответствии с конституцией?  

Антисемитизм, что еще…?

 

ТРЕБУЕТСЯ УБЕЖИЩЕ.

 

 

28 апреля 2007 г. Вечер.

Решил забрать кое-что из машины, – машины на стоянке не обнаружил. Погрузили – увезли, трехтонную ... . В двух словах не прокомментируешь. А прокомментировать надо. 

Возможности выехать из Германии с сыном «в никуда» взяв, с собой хотя бы архив у меня больше нет. После того, что здесь последние месяцы с нами происходило вероятность того, что придется в прямом смысле бежать из Германии, я оценивал как достаточно высокую. Теперь этой возможности больше нет.  

Арест машины означает также, что возможности бежать из аэропорта, даже бросив архив, меня тоже лишили. Раньше я мог в считанные часы продать машину по цене двух авиабилетов, но теперь даже этого сделать не смогу. Взяв машину под арест, Германия неплохо продвинулась в направлении «не выпустить его из страны и опекать с BND любой ценой». 

Но укрепление решеток на тюрьме под названием Германия - это не единственный заяц, которого подстрелили. В последние дни по поводу вонмобиля возникло противостояние с ведомством по делам несовершеннолетних завершившееся крайне позорным решением, имеющим цель экономии бюджетных средств. Противостояние еще раз показавшее, что под личиной государственных служащих сплошь и рядом скрываются крайне непорядочные люди, настолько непорядочные, что думается, окажись они в тюрьме, они бы были изгоями среди воров.

Дело в том, что квартира, в которой Валентин раньше жил с мамой, а сейчас со мной совершенно не подходит для него. Она расположена на последнем этаже, прямо под крышей дома. Летом находится в квартире просто невозможно: жара и духота невыносимые. Непрерывный тепловой стресс способен вымотать даже здорового взрослого человек, а что уж говорить про больного. Квартира совершенно непригодна для проживания ребенка страдающего лейкемией. 

Все мои попытки организовать переезд из этой квартиры в другую, пока Валентин жил с мамой, были безуспешны. Марина наотрез отказывалась даже разговаривать на эту тему. Заявить о том, что квартира не подходит для проживания – означало для нее, что-то вроде претензий к качеству жилья для иммигрантов.  

Проявить хоть какое либо недовольство своей в жизнь в Германии Марина была не в состоянии. Страх репрессий – это то, с чем она прожила последние свои годы, это то из чего она исходила в любых своих поступках, даже самых невинных. Я писал немного об этом в дневнике. В общем, ничего поделать с переездом в другую квартиру я не смог. А находиться в квартире ребенку летом – просто невозможно. 

Покупая вонмобиль я преследовал несколько целей, центральная – выздоровление Валентина. Я абсолютно убежден, в том, что жизнь на природе и особенно купания в холодной воде – это также важно, как и химиотерапия.

Я поставил вонмобиль на берегу озера, недалеко от дома, где жили Валентин с мамой. Свежий воздух, купания в озере, в машине есть кровать, холодильник, плита, умывальник, даже спутниковое телевидение для просмотра «Ералаша», в общем, летом в вонмобиле жить лучше, чем в квартире, даже если была эта квартира и была пригодна для проживания ребенка страдающего лейкемией. 

Когда лечение было очень тяжелым, и Валентин сам не мог прийти на озеро, я приезжал за ним, когда же всю эту химию и гормональные препараты престали давать, он просто приезжал ко мне на велосипеде. Благоприятное течение болезни, тьфу, тьфу, тьфу, это не только благодаря медицине, но и благодаря здоровому образу жизни на природе в 2004, в 2005 годах. В обратном меня не убедит никто. А здоровый образ жизни – это благодаря вонмобилю. То, что меня вынудили в нем поселиться – это отдельная тема. 

В этом году природа буквально сошла с ума – на дворе апрель, а в квартире находиться просто невозможно (термометр показывает 31,4, а ведь сейчас только одиннадцать утра). Если бы с меня не сняли последнюю рубашку, будь у меня деньги заплатить налог и страховку, в этом году вонмобиль также как и в предыдущие годы спасал бы Валентина от жары и духоты.  

Как бы мне не хотелось, что-то просить у этой страны, я себя пересилил. Написал заявление в ведомство по делам несовершеннолетних с просьбой перенять расходы на машину. Главная составляющая этих расходов - налог. Обеднело бы государство, если бы недополучило налог за машину. Ничего такого, что выходило бы за рамки закона, на что не имел права мой сын, я не просил. Лейкемия у ребенка – это достаточное основание, чтобы удовлетворить мою просьбу, но нет – мне отказали.  Да, как отказали. 

Чиновница ведомства по делам несовершеннолетних просто передернула смысл моего заявления. Передернула, как самый обыкновенный шулер. Воровством принято называть, когда у кого-то обманом заберут что-то ему принадлежащее. Вот эта сука, этот наделенный властью урод, обворовала моего сына. Она украла у него здоровье, украла то, чего ему так не хватает в этой жизни. Я схватил за руку воровку, но обер-бургомистр через орднунгсамт ее защитил. Нет машины – нет вора, нет проблемы наказания за кражу. Ниже переписка.

ТРЕБУЕТСЯ УБЕЖИЩЕ.

 

 

 

29 апреля 2007 г.

В продолжение темы. Вот отказала чиновница ребенку, страдающему лейкемией в  нормальных условиях жизни. Надо думать не просто так отказала, в надежде на подачки со стороны государства за усилия по экономии бюджетных средств. А ведь то, что я просил, она обязана была предложить сама. 

Разве не входит в служебные обязанности сотрудницы ведомства по делам несовершеннолетних знание того, в каких условиях в ее районе живут дети, страдающие лейкемией. Разве она не обязана была прийти к Марине и поинтересоваться, нет ли каких проблем, которые могли бы неблагоприятно повлиять на течение болезни. Пришла бы домой и спросила, - ваша квартира под самой крышей, в ней летом то, жить можно? Более того, я уверен, в ее служебные обязанности входило рассказать ранее матери, а после ее смерти отцу, о тех правах, которые есть у ребенка в связи с заболеванием раком. 

Разве это не служебный долг объяснить Марине, что она имеет право получать 28 евро в месяц на дополнительное питание сына страдающего лейкемией, о которых уже заходила речь. Эти копейки Марина стала получать лишь после нескольких моих жалоб, на то, что мать из страха репрессий за выражение какого либо недовольства своей жизнью в Германии отказывается написать соответствующее заявление. Разве не обязана была Гарбес предложить и даже потребовать от Марины написать такое заявление?  

Но, нет, на пути увеличения расходов государства, премий от него за хорошую работу не дождешься. Все эти подачки, в виде денежных премий, дешевых квартир, дополнительных отпусков, лечения, домов отдыха и т.п., которые получают чиновники от государства, за заботу о бюджетных средствах, все это  привело к тому, что понятия немецкий чиновник и порядочный человек стали несовместимыми. 

Не указать свою фамилию под письмом, не поставить подпись,  поставить на письме фальшивую дату или не поставить ее вовсе, не ответить на письмо, или ответить, так как ответила на мое письмо Гарбес, подтасовав предмет обращения, - это то, с чем я все годы жизни в этой стране встречался на каждом шагу. 

Я приехал в Германию на пятом десятке. Я и в России встречался со всем этим сколько угодно, но то, как живут немцы, -  это не укладывается в голове. В смысле безнравственности – немцы самый продвинутый народ на земле.

 

ТРЕБУЕТСЯ УБЕЖИЩЕ.

Назад Далее


В картинках


 

 


Наверх: к панели ссылок

© Брагинский В.М., Брагинский В.В. 1999-2016
Все права защищены.

FacebookTwitterВ КонтактеGoogle+LiveJournalОдноклассникиМой Мир@Mail.ru

 

 

www.braginsky.com
 


 

Если вы не получили ответ на свое письмо или не можете связаться с нами иным способом или проблемы с загрузкой страниц этого сайта, то причина этого - вмешательство спецслужб.  Проблема очень серьезная, решена может быть только совместными усилиями сообщества блогеров.

Если вы опубликуете ссылку на этот сайт или прокомментируете его материалы или обратитесь в прокуратуру своей страны или к прессе с жалобой на недоступность сайта, то окажете поддержку одному из старейших российских блогеров. Свой блог под названием "Книжная лавка писателя" я открыл в 1999 г. когда еще такого слова как "блогер" не было. В то время считалось, что запреты на высказывание мнений в Интернете возможны только путем судебных решений. Сегодня уже очень многие понимают роль и возможности спецслужб в ограничении доступа к блогам.

Подумайте о том, что завтра могут ограничить доступ к вашему блогу. Только все вместе мы можем противостоять расправе со Свободой Слова, а значит и с каждым из нас.   Владимир Брагинский