Евреи не могут жить в Германии.

 

 

 

 

ı Домашняя ı В картинках  ı Была семья ı
ı Быстрый вход в тему ı
В двух словах ı Максимы ı Здравый смысл ı
ı
Пикетирование немецкого посольства ı Репортаж с финансовой петлей на шее ı
ı Автор ı Кредо ı Дневник ı Последняя страница дневника ı Для прессы ı
ı
 Физиология правдолюбия ı Психология конфликта ı Политкорректность ı
ı
Мифы о Германии, евреях и немцах ı Интеграционный прогноз ı
 
ı Лагеря концентрационные, беженцы контингентные, Что общего? ı
ı
Зачем Германии евреи? ı Действительно ли Германия покончила с нацизмом? ı
ı А, судьи кто? Психиатрия  ı Карательная психиатрия в Германии ı
ı
Валентин Брагинский, немцы и Достоевский ı Критика ı Пачкуны ı Статус  ı
ı
Война с государством ı BND ı Идет охота на архив ı ФСБ ı ФМС ı
ı
Завлечение в Германию ı Задержание в Германии: Что я сделал не так? ı
ı
 Брагинский против Германии: Жалоба в Европейский суд по правам человека ı
ı
Свобода слова в Германии ı Заказная публикация ı
ı  Письма ı Открытое письмо уполномоченному по правам человека Лукину ı
ı
От Адама ı Зомби ı Жиды ı Дневник № 2 ı Иск: Ответчик ФСБ РФ ı
ı
Проекты: ı Книга ı Новизна ı Издателям ı Сценарий ı Сумасшедшая идея ı
ı Помирю, рассужу, воспитаю... ı Если бы советником президента был я ı
ı
Клавиатурная грамотность ı Проект Валентина ı Инвестору / Спонсору ı
ı Политика в России ı Жил был поп, толоконный лоб. Мнение о законопроекте ı
ı Из "Рефлексии любви": Слонов то он и не приметил ı Сын шакала и гиены ı
ı Соотношение между моральным и нравственным ı Любовь к примирениям ı
ı Фаллософическая стоматология ı Хуже иммиграции только тюрьма ı
ı Может он антисемит? ı Охота на птицу счастья: Консультации ı
ı
 Видео ı Видеодневник сына ı Видео и тексты доступ к которым ограничивается ı
ı Мракобесы: Фото ı Это мы любим ı Jüdische Einwanderung nach Deutschland ı
ı Video (Deutsch) - эти видео были запрещены к просмотру в Германии ı
 ı
Контакт ı Сайт в формате pdf ı Это меня не касается ı

Дневник 23 часть

Назад Далее

14 декабря 2008 г. 

Редко когда человек живет одним чувством. Обычно в душе коктейль эмоций, нередко даже прямо противоположных, рядом с восторгом может примоститься злость, любовь может уживаться даже с ненавистью… Выселение из квартиры породило в моей душе к тем, кто это запланировал и сделал, ко всем этим БНД-шникам, судебным исполнителям и иже с ними целый коктейль эмоций, прежде всего, такое же чувство какое я испытываю к нацистам, какую-то гадливость распространившуюся затем на всех немцев, породило возмущение, злость, желание дать сдачи. Но, не только это,  выселение вызвало настоящую эйфорию.

У нас с сыном в этой стране нет никаких прав. С нами можно сделать все, что угодно. Мы вне закона. После того как Валентина прятали от меня в детском доме, после попытки лишения меня родительских прав, после того как его вынудили прекратить посещать школу, после всего этого я был готов даже к тому, что ворвавшиеся в квартиру полицейские сразу же потащат нас в разные стороны. И этого не случилось. Остатки радости оттого, что сын рядом, а не в детском или сумасшедшем доме ощущаю даже сейчас по прошествии более месяца со дня выселения. Однако доминировать начинает другое чувство, - страх того, что жизнь, в которую нас погрузили, обострит течение лейкемии у Валентина.

…Выломали дверь квартиры, велели немедленно ее покинуть, погрузили в контейнер вещи, замкнули его на замок и поставили на территории окруженной забором. …После первого выселения в 2000-м году шестилетний Валентин остался почти полностью без вещей. Только что купленную мебель, книги, игрушки, даже подарки, полученные ко дню рождения, не удалось вернуть, их в качестве компенсации потерь, возникших в результате прекращения оплаты государством квартиры, в которой мы жили с Валентином, захватил владелец квартиры, адвокат Фолькманн, по национальности, естественно, немец.

Я продал квартиру, опять купил ребенку мебель. …Вот как выглядит кровать, на которой сегодня спит Валентин.

Кровать, на которой он спал до выселения, показать не могу, – она в контейнере. При заселении в эту комнату меня предупредили о распорядке: мы не имеем права ночевать вне гостиницы, это контролируется прежде всего. Достаточно одной ночевки не в своей комнате и город прекратит ее оплачивать, а это в свою очередь означает, что следующим местом жительства Валентина станет детский дом.

…Забрали у ребенка кровать и под угрозой помещения в детский дом вынудили спать на этом мусоре. В нормальной стране такую кровать не предложили бы даже наркоману. Забрали постельное белье и заставили спать на застиранных простынях, на которых неизвестно чем больные, опустившиеся люди спали до него. Ну, не скоты? И спрашивается, за что издеваются над ребенком? Он не любит Германию. После того, что эта страна сделала с его семьей, с его здоровьем они еще хотели, чтобы он ее любил… 

В командировке, дня через три – четыре начинаешь чувствовать отсутствие привычных и нужных вещей, а тут пошел уже второй месяц. Перчатки, зонт, теплые носки, … сегодня ребенок продрог, завтра вымок под дождем, любая болезнь, даже простуда может вызвать рецидив лейкемии. А само выселение никак не повлияло на течение болезни? Ощущение полного бесправия, полной беззащитности …ты никто, с тобой могут сделать все что угодно… Подвергшийся насилию, чувствует себя лишенным человеческого достоинства, чувствует себя вещью, он унижен, раздавлен, растоптан…

Вся эта мразь, которая преследовала сына или покрывала тех, кто его преследовал, все эти учителя, директор школы,  работники управления школами, работники югендамта, прокуроры кельнской и генеральной прокуратуры, судья шрафсената, судья, вынесший постановление о выселении ребенка из квартиры и все остальные, сами, утратив копеечные вещи или удобства, сразу же побегут к психоаналитикам жаловаться на душевные проблемы. А, для больного раком ребенка выселение из дома, лишение возможности  пользоваться своими вещами, сон на такой вот постели, по разумению этих чистеньких, улыбчивых и вежливых ублюдков, – не является душевной травмой.  

В отношении множества болезней у детей известно, что они возникают после так называемых психологических травм, например нарушения речи. Во всех медицинский учебниках написано, что тяжелейшие формы инсулинзависимого диабета нередко возникают после сильных душевных волнений. То, как долго человек противостоит раку прямо зависит от его душевного состояния, это тоже можно найти в учебниках. И вообще я  уверен, что никакой лейкемии сегодня у Валентина бы не было, если бы мне удалось вывести его из Германии в 2000-м или из Голландии в 2001 году. Я уверен, что именно непрерывные стрессы и психические травмы последовавшие за первым выселением привели к ослаблению защитных сил его организма и, в конечном счете, к болезни. И вот опять выселение...

Эти хозяева жизни моего сына даже смерть матери Валентина, смерть матери больного раком ребенка не посчитали необходимым принять во внимание при движении к поставленным целям. Станут они еще думать о том, как вторичное выселение из дома повлияет на здоровье ребенка. Да, если бы они просто не подумали о последствиях. Они сделали все возможное, чтобы эти самые тяжелые последствия вызвать, они просто поставили себе эту цель. Все продумано с немецкой тщательностью, продумано до мелочей. Надо говорить прямо, ребенка выселили из дома именно с целью его убить. Убить, потому что отказ еврейского ребенка учиться в немецкой школе это угроза вообще возрождению еврейской жизни в Германии.

Расположение гостиницы. Серый, унылый район на окраине города, бесконечные кварталы домов вдоль улиц. С двух сторон подступают какие-то военные части, огороженные заборами с колючей проволокой, на заборах предупреждения, что при незаконном проникновении на территорию военных частей – стреляют.

 

Прогулки пешком, поездки на велосипедах по окрестностям, то есть то, что позволяет прогнать через легкие нужное количество кислорода, - ничто такое здесь невозможно. Гуляем по тротуарам ближайших улиц вдоль дорог, слушаем их шум и дышим выхлопными газами автомобилей.

У больного человека, тем более больного раком ребенка, прежде всего, должно быть достаточно свежего воздуха.  Сегодня жилище Валентина не соответствует этому требованию уже только потому, что в одной комнате живут два человека. Лейкемия – это рак крови. Кровь разносит кислород по организму, тот самый кислород, который нужен иммунной системе, чтобы противостоять болезни. И этот убийца, я, конечно же имею в виду немецкий народ (все судебные решения, в том числе и о выселении принимаются именем народа), прежде всего, позаботился о том, чтобы у моего сына не стало своей комнаты, чтобы кислорода, этого «эликсира жизни» было у него поменьше, чтобы и дома и на улице ему дышалось потяжелее.

У больного ребенка должна быть возможность полноценно отдыхать. Мне 58 лет, я сплю четыре – пять часов в сутки, Валентину 14 лет, ему, чтобы выспаться надо девять – десять часов. Не надо быть врачом, чтобы понять, что убийца надеется причинить вред здоровью сына путем лишения его возможности полноценного отдыха, прежде всего ночного. Я говорил об этом в жилищном ведомстве Хартунгу. В ответ услышал, что у немецкого государства недостаточно денег, чтобы создать каждому бездомному соответствующие его здоровью условия жизни. Как будто не Германия, а какая то другая страна, превратила больного раком ребенка в бездомного, как будто не Германия делает все возможное, чтобы его убить. Все продумано до последней мелочи. Потолок комнаты обшит досками черного цвета, сверху небо загораживает козырек на наружной стене, слева свет в окно не попадает, потому что окно примыкает прямо к забору, даже днем сидим в комнате с электрическим светом.

Отсутствие дневного света, как известно, порождает не только депрессию. Лишенные света и воздуха люди, особенно дети, легко заболевают туберкулезом, тем более, что эта зараза наверняка принесена сюда из тюрем и жилищ, в которых обитали ранее наши соседи.

Много ли раньше у нас с сыном было способов снять напряжение после ударов исподтишка, из-за угла, в спину, других немцы не наносят, - не рационально, взять хотя бы преследование Валентина в школе. Много ли было способов отдохнуть душой, прикоснуться к чему-то близкому, родному? Раньше Валентин гнал прочь черные эмоции игрой на кейборде, читал на русском, учился по русским школьным учебникам, воображая как будет учиться в московской школе… Хоть какой-то отдушиной было русское телевидение, русские книги, фильмы, любимая музыка. Теперь и этого нет. Все продумано до мелочей, - ни отдохнуть, ни расслабиться, ни перевести даже дух.

Нормальное питание, - это то без чего обязательно заболеет самый здоровый человек, а чем отсутствие возможности нормально питаться грозит больному раком ребенку? Разве не ясно? Чтобы готовить, нужна кухонная утварь, возможность хранить запас продуктов, и т.д. и т.п. И здесь все продумано до деталей: в магазин за продуктами и питьевой водой надо ехать на автобусе, а затем тащить сумки от автобусной остановки до гостиницы. Крохотный холодильник без морозильника, «запас продуктов» в платяном шкафу, то есть там же где одежда и обувь. То, как содержат кухню алкоголики и наркоманы, описывать не буду. Обеденный стол, скатерть, тарелок столько, сколько надо … –  ничего этого в сегодняшней жизни моего сына нет. Едим или на крохотном приставленном к стене письменном столе или с коленок.

…На стене напротив капли крови от неудачного введения наркотиков в вену предыдущим жильцом комнаты. …Если смотреть во время еды не только в тарелку, а на стол, по сторонам, то пропадает аппетит. Валентин сильно похудел. Перед тем как обнаружили лейкемию в 2003 году, тоже был сильно худым. А вот, что мы видим из окна, своей комнаты, когда смотреть по сторонам уже не в состоянии.

СРОЧНО ТРЕБУЕТСЯ УБЕЖИЩЕ

 

17 декабря 2008 г.

ПИСЬМО В ЕВРОПЕЙСКИЙ СУД

European Court of Human Rights
Council of Europe
F - 67075 Strasbourg-Cedex 

Dr. Vladimir Braginsky
Hotel Stamac
Artilleriestr. 
34
51147 Köln  Deutschland
www.braginsky.com

Номер досье:  30888/07                                                 17 декабря 2008 г., Кельн

Уважаемый суд!

В сопроводительном письме к жалобе, а также в последующих письмах я просил о приоритетном ее рассмотрении в связи с состоянием здоровья сына, - он болен лейкемией. Прошел год и три месяца со дня регистрации жалобы, однако никакого решения по ней не принято.

За прошедшее время ситуация резко ухудшилась. С апреля сын не учится в школе. Он отказался посещать гимназию, мотивируя это невозможностью проживания евреев в Германии. 5 ноября нас выселили из квартиры. Условия жизни в отеле, в котором нас вынудили поселиться, несовместимы со здоровьем сына. Подробности: www.braginsky.com/diary/diary22.htm и www.braginsky.com/diary/diary23.htm

Очевидно, что угрозой убийства сына преследуется цель вынудить меня отозвать жалобу.

Подпись

Dr. Vladimir Braginsky

СРОЧНО ТРЕБУЕТСЯ УБЕЖИЩЕ

 

20 декабря 2008 г.   

Посмотрел внимательно на кровать Валентина, - пришел в ужас. Не могло быть такого, чтобы при заселении в эту комнату я не обратил внимания на ее состояние. Вывод: каркас, матрас, простыни, заменили на похожие, но в значительно худшем состоянии. Понял это только сейчас, в том числе и потому, что нас «поливают» какой-то психотропной дрянью. Белки глаз и у меня и у Валентина красные, из других признаков - сонливость, но странная, в автобусе, в электричке… Объяснение есть, но давать его здесь не буду из-за того, что умозрительные объяснения могут быть использованы против меня. В общем, дела плохи. Уберу сайт – убьют меня, не уберу – убьют Валентина. Хотя и то и другое возможно и в том случае, если закрою сайт и в том, если оставлю его в Интернете. Чувствую, крушат мое здоровье не только психотропными препаратами… Хорошего решения – не нахожу.

СРОЧНО ТРЕБУЕТСЯ УБЕЖИЩЕ

 

21 декабря 2008 г. 

Вспомнилась демонстрация проведенная летом 2006 года. Тогда я на площади перед Домским собором выставил плакат, на котором написал «Германия – самая отвратительная страна мира. Немцы – самый отвратительный народ на земле». Помню, тогда, подошла одна еврейка такая симпатичная, лет тридцати и поддержала меня: «Я готова подписаться под каждым словом этого плаката и под тем, что Германия самая отвратительная страна в мире,  и под тем, что немцы – самый отвратительный народ на земле, единственное различие, у вас на плакате написано, что вы здесь прожили 13 лет, а я всего 10». Фотография с той демонстрации сделана ею. Поступок.

Одна немка, студентка, особенно рьяно пыталась меня убедить в нелогичности того, утверждалось на плакате: «Вы написали немцы – самый отвратительный народ на земле. Этого делать нельзя, такого рода утверждения нельзя делать в отношении целого народа, только в отношении отдельного человека или группы людей. Я немка, значит я тоже отвратительная, но ведь вы меня совсем не знаете».

Мне, хотелось сказать ей: «Деточка, хоть ты и немка, но, что ты знаешь о немцах? Если бы ты знала о них то, что знаю я, ты бы не уверяла меня в нелогичности плаката». Но, до этого дискуссия не дошла. Мне не хватало немецких слов, чтобы доказать ей, что я вправе написать, то, что написал. Я пытался объяснить, что здесь не работает обыкновенная логика. Здесь речь идет о выживании. Без того, что я написал на плакате, - мне не выжить. Я много думал, с чем выйти на эту площадь и остановился именно на том, что немцы – самый отвратительный народ на земле. Только это утверждение, я это чувствовал нутром, позволит мне на этой площади набраться сил, чтобы дальше бороться за жизнь и не только свою, мне надо еще вывезти из этой страны сына.

Так оно и вышло, те эмоции, которыми меня зарядили немцы на той демонстрации позволили перешагнуть через «красть нельзя». Без этого бы я не выжил. Валентин сегодня со мной, только потому, что ходил по Домскому собору в футболке с шестиконечной звездой и надписью «Я ненавижу Германию», только потому что на нем была эта футболка во время разговора с директором школы в югендамте. Без плаката, который мы держим на фотографии, с которой начинается эта страница, его отказ ходить в школу закончился бы тем же, чем он закончился у всех других детей в аналогичных ситуациях, - постановкой диагноза по линии психиатрии.

Неделя закончилась, а свое обещание поменять кровать Валентину, тот который хозяйничает в гостинице так и не выполнил. Если не выдержу и дам ему  в рожу, то Валентин попадет в детский дом. Этого ни в коем случае допустить нельзя, но и спать в этой кровати нельзя. Жаловаться в прокуратуру – совершенно бессмысленно. Надо уезжать, но как это сделать? Бросить архив? Кто я после этого? Как продержаться до отъезда? Куда ехать? Если меня убьют, Валентин остаток жизни проживет в Германии, если я кого-нибудь убью - то же самое. Но, еврею нельзя жить в Германии. В мире нет ничего такого, в чем бы я был так уверен, как в этом.

СРОЧНО ТРЕБУЕТСЯ УБЕЖИЩЕ

 

23 декабря 2008 г. 

Демонстрация плаката «Немцы – самый отвратительный народ на земле» породила множество мыслей об отвратительности немецкого национального характера. Эти мысли я тогда записал, но не опубликовал. Сейчас, после выселения, самое время опубликовать, но не могу – я и архив в разных местах. Где я? Понятно, архив, очевидно в BND. По официальной версии архив заперт в контейнере. …Потому и забрали архив у писателя, что боятся публикации содержащихся в архиве обобщенных доказательств мерзкой сущности немца. А, то я без архива не смогу привести таких доказательств. … .  Преследование больного раком ребенка, выселение его из квартиры, - это недостаточные доказательства?

А, одно это чего стоит. 26-го  января умерла Марина. Через четыре дня меня выпускают из тюрьмы, но о смерти жены не сообщают. Звоню сыну: «как дела, сынок, чем занимаешься, где мама?» 

Одна из самых тяжелых моральных проблем, с которой только приходится взрослому человеку сталкиваться в жизни, - сообщить кому-то, глядя ему в глаза о смерти близкого человека. Валентин даже по телефону не в состоянии произнести вслух, «мама умерла, ее похоронили час назад», говорит, - «мама в больнице….» Двенадцатилетнего, больного раком, ребенка поставили перед необходимостью первым сообщить отцу от смерти матери… Бьюсь об заклад, что для ублюдка, который это организовал, родной язык немецкий.

ТРЕБУЕТСЯ УБЕЖИЩЕ

 

27 декабря 2008 г. 

Имущество, собственность – святое. Никто не может быть лишен своего имущества иначе, чем по решению суда. Нет ничего более святого для капитализма, чем собственность…

Восемь лет назад, за несколько дней до первого выселения, пока меня не было дома, выломали дверь квартиры, сняли со стен картины, забрали телевизор и сейф. За сколько все это продано? Когда? Где? До сих пор не знаю. Если бы не переписка с адвокатом Зенком, то можно было бы утверждать, что я это все придумал.

2007 год. Забрали со стоянки вонмобиль, продали на аукционе. Когда? Какой суд решил лишить меня собственности? С какой формулировкой? Как фамилия судьи? Номер судебного решения? Ничего не знаю. Из телефонного разговора с одрднунгсамтом знаю, только то, что машину подали на аукционе за издевательскую цену – 500 евро. Не просто машину, - квартиру на колесах. 4 спальных места, горячая, холодная вода, отопление, душ, туалет, холодильник, газовая плита, спутниковая антенна...

Помню, прекратилась подача горячей воды, мастер предупредил, если дело в бойлере (нагревательный прибор на газе, размером с кастрюлю), то надо иметь в виду, что новый стоит 1000 евро. Вся автодача целиком продана на аукционе за 500 евро, я не получил ни цента. Жалоба в прокуратуру вернулась назад. Просто прокуроры взяли жалобу, шлепнули на ней штамп о поступлении в прокуратуру с датой, вложили в свой конверт и отправили назад. Все. Если это не грабеж, то тогда, что это? Вот она западная демократия, вот она законность в ее голом виде. Вот и вся святость собственности.

Плащ, шляпа, подтяжки, рубахи, брюки, футболки, кастрюли, чашки, ножи, тарелки, запертые в контейнере – это наша с сыном собственность или нет? Наша. Можем мы ею распорядиться, скажем, собственными брюками? Нет.

Эта старая воровка Германия заперла наши с сыном вещи в огромный металлический ящик и выставила следующие условия пользования ими. Чтобы взять из контейнера нужные вещи надо заплатить 35 евро за получение во временное пользование ключа от контейнера, а также за услуги грузчиков из расчета 60 евро в час за одного грузчика. Грузчики вытащат коробки из контейнера и опустят их на землю (всего по бумагам 90 коробок), я их распакую, найду свои брюки, затем запакую коробки, после чего грузчики затащат их в контейнер назад. Надо думать, что за отдых во время поиска мною своих и сына брюк грузчики должны будут получать те же 60 евро в час. Ну, не ублюдки? Речь, конечно, не о грузчиках.

ТРЕБУЕТСЯ УБЕЖИЩЕ

 

31 декабря 2008 г.

Новогодние поздравления Бундестагу, правительству Германии, Бундесканцлерин Меркель и всему немецкому народу.

События прошедшего года переполнили меня эмоциями, которыми я просто не могу не высказать в своих новогодних поздравлениях и пожелания. Желаю немецкому народу в новом 2009 году взять, наконец, в толк, что евреи в мире не забыли о Холокосте и не считают, что вина за ограбление и убийство 6 миллионов европейских евреев лежит только на небольшой группе руководителей Третьего Рейха. Желаю немецкому народу в полной мере осознать тот факт, что большинство евреев в мире считают, что вина за Холокост лежит на всем немецком народе, потому что именно народ выбрал себе в лидеры самого отъявленного ублюдка и мерзавца того времени, пещерного антисемита Гитлера.

Родственникам и наследникам тех, на ком лежит персональная вина за убийство евреев, то есть детям и внукам немцев служивших в айнзацкомандах, охранниками концлагерей, тех, кто выдавал евреев для казней, а также всех, чье благополучие сегодня базируется на имуществе и деньгах замученных евреев, даже, если это всего лишь детская коляска или игрушки еврейского ребенка, желаю в Новом Году об участии их родителей или дедов в убийстве и ограблении евреев прочитать в местных газетах, Интернете и т.д.

Еще желаю немецкому народу, чтобы в будущем году страх мести евреев за Холокост возрос. Желаю, чтобы в каждом еврее, с которым судьба где угодно столкнула немца, он видел человека желающего его смерти. Желаю всему немецкому народу в новом году усиления боязни того, что еврей-хирург зарежет на операционном столе, врач-окулист во время проверки зрения выколет глаза, медсестра-еврейка введет в вену не лекарство, а смертельный яд, еврей-строитель построит дом, который рухнет и придавит обломкам, автослесарь-еврей выведет из строя на автомобиле тормоза и рулевое управление, еврей-повар, официант или разносчик пиццы отравит блюдо, и, конечно же, желаю, чтобы возрос страх того, что евреи в качестве мести за Холокост в 2009 г. предпримут еще одну попытку отравить питьевую воду в водопроводе, и на этот раз именно в их городе.

Правительству, Бундестагу, и лично Бундесканцлерин Меркель желаю, чтобы во всем мире осознали, то Германия организовала еврейскую иммиграцию, с полным понимание того, что возрождение еврейской жизни в стране в ближайшие триста, пятьсот, а может быть и тысячу лет невозможно. Желаю руководству страны, чтобы в 2009 году во всем мире поняли, что завлечение евреев в Германию и представление их беженцами – это не просто пропагандистская акция, имеющая целью показать мировому сообществу, что Германия покончила с нацистским прошлым, а преступление, за которое Германия должна ответить.

Желаю лидерам Германии, чтобы в предстоящем году в ведущих университетах мира, философы и религиозные деятели заявили, что мнение руководителей Германии о том, что жизнь евреев в стране Холокоста не разрушительна для них, - расистское, поскольку в его основе лежит представление о том, что евреи как народ не наделены совестью. Желаю, чтобы до Парламента, правительства и Бундесканцлерин Меркель из-за границы дошло, что сама идея возрождения еврейской жизни в стране Холокоста пока там еще живы те, кто убивали и преследовали евреев, оценивается в этих странах как продукт нацистского мышления руководства Германии.

Всем ветвям власти ФРГ желаю, чтобы новом году информация о тех методах, которыми посольства и консульства Германии завлекали евреев в Германию, а также о тех методах, которыми достигается поголовная удовлетворенность евреев своей жизнью в этой стране, появилась в мировой прессе. Еще желаю руководству Германии, чтобы за границей появились публикации, свидетельствующие о том, что еврейская жизнь в Германии не возрождается, как уверяют немецкие СМИ, а наоборот, - сходит на нет.

Желаю руководству страны в 2009 г. публикации за границей данных, свидетельствующих о невозможности интеграции евреев в Германии, превышении более, чем в десять раз у еврейского населения страны смертности над рождаемостью, массовом выходе евреев из еврейских общин, пополнении в прошедшем году еврейской диаспоры в Германии 14-ю евреями, приехавшими из стран СНГ, в общем публикации всех тех данных, которые ясно свидетельствуют о том, что самая заветная мечта Гитлера «Германия без евреев» уже в самом ближайшем будущем воплотится в жизнь. От все души желаю  правительству, парламенту, Бундесканцелерин Меркель и всему немецкому народу, чтобы Германия стала юденфрай как можно скорей.

                                                                            ------------

 

4 января 2009 г. 

Сегодня обнаружил исчезновение водительского удостоверения. Просто зашли в комнату, залезли в сумку, которую я не только закрываю, но и опечатываю, и забрали права. В BND тройной праздник: во-первых, в случае появления у меня денег я мог бы выехать из Германии на машине, к тому же в неизвестном направлении - теперь не могу; во-вторых, получение новых прав – требует времени и денег; в-третьих, появится заявление в полицию, в котором будет утверждаться, что вор преодолел невероятные препятствия, чтобы украсть документ со множеством степеней защиты, то есть документ, которым воспользоваться может только его владелец. Ясное дело, обворованный – псих.

ТРЕБУЕТСЯ УБЕЖИЩЕ

 

6 января 2009 г. 

Сегодня смотрели квартиру в доме прямо напротив того, из которого нас выселили. Смотрели и не верили происходящему. Неужели и вправду мы можем через две недели завезти в нее свои вещи? В конце концов, выяснилось, что эта квартира не для нас. И не только это выяснилось. Стало ясно, что сам показ организован с тем, чтобы уязвить.

…Не для того же нас выселили из нашей квартиры, чтобы через два месяца мы заселились в другую. Совершенно очевидно, что, если эти ублюдки вообще держат в планах, чтобы у нас появилась квартира, то уж ни в коем случае не пригодная для жилья, и конечно же лишь после того как лишат нас вещей, прежде всего их интересует мой архив. Странно звучит. Архив – вещь. Годы труда, бессонные ночи, гипотезы, идеи, рукописи и все это вещь. Чего они больше хотят: нашей с сыном смерти или завладеть моим архивом?

С оплатой хранения вещей (а, следовательно, и архива) начинает разыгрываться интрига. Со дня выселения прошло два месяца. С сегодняшнего дня кто-то должен оплачивать дальнейшее хранение вещей в контейнере. Уже писал, что сотрудница биржи труда по старому месту жительства (Шенк-Бекер) сообщила в письме, что в связи со сменой адреса ее компетенция закончилась. В центральном ведомстве подтвердили, что ждут поступления моего дела, поэтому заявление на оплату хранения вещей написал в центральное ведомство. Вчера в центральном ведомстве сообщили, что мое дело находится у Шенк-Бекер и его пересылка в центральное ведомство не планируется. В общем, «исчезло» ведомство, которое должно оплатить дальнейшее хранение вещей.

ТРЕБУЕТСЯ УБЕЖИЩЕ

 

8 января 2009 г. 

Уже несколько дней подряд часа в четыре утра начинает звучать радио. Однозначно сказать, откуда звук невозможно. Звук не громкий, еле слышный, но достаточный, чтобы разбудить… Профессионалы…

ТРЕБУЕТСЯ УБЕЖИЩЕ

 

13 января 2009 г. 

Все, достали со звуком по ночам. Опять разбудили в 4 часа, пошел разбираться. Сосед сверху смотрит телевизор, весь в наколках, можно в метрики не смотреть – в тюрьме побывал не один раз. На просьбу выключить телевизор увеличил силу звука. Поднялся второй раз и чуть пожесче потребовал выключить телевизор, угрожая в противном случае вызвать полицию. Угроза вызвать полицию породила у телезрителя такую улыбку, которую описывать в словах не берусь.

Можно, конечно, все это рассматривать как психотеррор, или даже как пытку. И в Гестапо, и в сталинских застенках – лишение сна было  одним из основных способов давления. Но здесь объяснение может лежать и в другой плоскости.

И кельнская и генеральная прокуратуры проигнорировали все мои требования возбудить уголовное дело о помещении Валентина в детский дом. После появления видеокомментариев Валентина с объяснениями того как он попал в детский дом можно смело заводить уголовное дело, и не только против работников ведомства по делам несовершеннолетних и директора детского дома, прокуроры и судьи их покрывавшие должны сидеть с ними на одной скамье подсудимых. Киднеппинг – это одно из самых тяжелых уголовных преступлений. Попадание в прессу истории помещения Валентина в детский дом, да и того же выселения нас из квартиры при плохом развитии событий может стоить не только должностей, но и уголовного преследования множеству людей приходящих в суды в мантиях. Прокуроры, судьи и адвокаты связаны с криминалом. Организовать конфликт писателя с уголовниками для них – плевое дело.

ТРЕБУЕТСЯ УБЕЖИЩЕ

 

15 января 2009 г. 

Вчера был в полиции. Оставил два заявления о краже прав и ночном психотерроре. В обоих заявлениях упомянул BND как организатора. Вечером зашли в комнату – в нос ударил отвратительный, резкий запах селедки. Обычно BND-шника представляют как метко стреляющую гору мускул в костюме с галстуком, в темных очках, а в реальности – это какой-нибудь никогда не державший в руках оружия, хорошо тебе знакомый, с мерзкой улыбочкой на лице и набором ключей в кармане управдом или слесарь.

ТРЕБУЕТСЯ УБЕЖИЩЕ

 

16 января 2009 г. 

Пришли три письма: от судебного исполнителя Ноймаера, из административного суда Кельна и из Европейского Cуда. Первые два письма окончательно объясняют цели, которые преследовались выселением. Теперь все карты открыты полностью.

Письмо из Европейского Суда по правам человека на русском языке, поэтому не буду пересказывать его содержание, а просто публикую ниже.

За время прошедшее с момента регистрации заявления в суд ( 8 октября 2007 г.) – это первое письмо суда мне. Понять из письма, почему суд решил подтвердить получение письма о смене адреса и никак не прореагировал на все другие письма – невозможно. Может быть, это письмо надо понимать так, - все предыдущие письма до суда не дошли, а уведомления об их доставке в Страсбург изготовили в BND. И простой человек с помощью фотошопа может сделать подобную бумажку за 10 минут, а в BND специалисты и техника такого уровня... Кстати, все почтовые уведомления о доставке моих писем в Европейский суд находятся где-то в контейнере.

Теперь о том, что с ними будет, если я их не заберу из контейнера.

Судебный исполнитель Ноймаир предупреждает, что, если я  до 26 января, то есть в течение  9 дней не заберу все свои вещи, а значит и квитанции о доставке писем в Страсбургский Суд, то они будут проданы на аукционе. Если эти квитанции никто не купит (а то, что их отдельным лотом не выставят совершенно очевидно), то они будут уничтожены без каких-либо дальнейших уведомлений.

Сегодня же написал и отправил еще одно письмо в Европейский Суд и приложил к нему копию письма судебного исполнителя. Вот оно.

European Court of Human Rights
Council of Europe
F - 67075 Strasbourg-Cedex   

Dr. Vladimir Braginsky
Hotel Stamac
Artilleriestr. 
34
51147
Köln  Deutschland
www.braginsky.
com

Номер досье:  30888/07                                                 16 января 2009 г., Кельн

Уважаемый суд!

Я получил письмо содержащие угрозу уничтожения вещей арестованных в квартире в день выселения нас с сыном из квартиры. То есть меня предупреждают об уничтожении оригиналов документов, на которых базируется мой иск к Германии в ваш Суд.

 

Dr. Vladimir Braginsky

Приложение:
Письмо судебного исполнителя от 12.01.2009

 

Из письма судебного исполнителя следует, что запланировано уничтожить не только документы, на которых базируется моя жалоба на Германию в Европейский суд по правам человека, - запланировано под видом уничтожения вещей, которые невозможно продать уничтожить весь мой архив. В нем документы, по которым можно возбудить уголовные дела против Мюллера, Краузе, Гарбес, Коха, чьими стараниями Валентин был помещен в детский дом в январе 2007. Уголовные дела на основании документов находящихся в архиве должны быть возбуждены и против работников прокуратуры, покрывавших тех, кого я только что назвал, и не только против них. Судья административного суда Лаум, не пожелавший даже посмотреть на отца при принятии решения о переселении его больного раком сына из квартиры в детский дом в нормальной стране расстался бы с судейской мантией на основании тех самых документов, об уничтожении которых, как об уничтожении обыкновенных вещей сообщил мне в своем письме судебный исполнитель.

Нас с сыном выселили из квартиры не только для того чтобы уничтожить документы, по которыми можно возбудить уголовные дела против подчиненных обер-бургомистра Кельна и служителей фемиды, которые должны были проходить вместе с городскими служащими по одному делу, нас выселили для того чтобы уничтожить весь мой архив. Уничтожить научный и литературный архив ученого и писателя  – это почти тоже самое, что уничтожить его самого. Германия считается демократической страной, здесь из огнестрельного оружия в писателей не стреляют, здесь убивают уничтожая рукописи и архивы. В моем архиве результаты исследования проблем этики еврейской иммиграции и материалы книги, содержащей доказательства того, что возрождение еврейской жизни в Германии в обозримом будущем невозможно именно по этическим причинам. До тех пор пока эти материалы не уничтожены есть опасность их публикации.

Но есть еще одна сторона дела, ничуть не менее важная, чем уничтожение архива – это ответить на вызов брошенный Германии сыном писателя, отказавшимся учиться в немецкой школе по причине невозможности проживания евреев в Германии. Этому будет посвящен комментарий упомянутого в начале этой записи многостраничного письма административного суда, который я дам после того как внимательно его  прочитаю.

ТРЕБУЕТСЯ УБЕЖИЩЕ

 

22 января 2009 г.  2 часа ночи

Не дают спать. Что-то грохнуло сверху, топот, разговоры - проснулись. Только заснули, звон посуды, - кто-то пошел готовить на кухню, она прямо под нами. Валентин уснул. Теперь часа в три – четыре должны включить телевизор. Сразу же, как только разбудят, звук выключат. Если вызвать полицию, - можно получить штраф. Еще здесь недалеко аэропорт и казармы Люфтваффе. Реактивные двигатели самолетов почему-то прогревают по ночам. Гестапо! Не Гестапо, а Люфтваффе. Нет, Гестапо! Поместить больного раком ребенка в такую жизнь – самое настоящее Гестапо. С объяснениями проблем нет – ребенок отказался ходить в школу, утверждает, что евреям нельзя жить в Германии. Для таких приговор один – смерть. Исполнение приговора в чисто немецком стиле.

СРОЧНО ТРЕБУЕТСЯ УБЕЖИЩЕ

 

29 января 2009 г.

Что нового на фронте преследования в жилищной сфере? Жилищное ведомство прислало официальное письмо с предложение арендовать квартиру в Мюльхайме (на левом берегу Рейна). Квартиру можно занять с первого апреля. Написал Шенк-Бекер, что оплачивать хранение вещей надо до 1 апреля. В пятницу 23 января Шенк-Бекер позвонила  и предложила встречу в  понедельник 26 января. Лично из рук в руки, как величайшую ценность передала мне Шенк-Бекер письмо гарантирующее оплату квартиры, хотя могла послать его о почте, и я бы тоже получил его в понедельник. Я тут же связался с арендодателем, у которого узнал, что квартира, в которой город предложил нам с сыном поселиться - занята. Вечером написал в городское жилищное ведомство письмо с одним единственным вопросом - как все это понимать? Альберт Эйнштейн в этой типичной для еврея в Германии ситуации вел себя чуть иначе.

Решил дальше действовать через медицину, хотя очень не хотел этого делать. Если преследование ведется в Германии, то, прежде всего к этому привлекают врачей. В последний раз я проходил это на собственной шкуре, когда домашний врач Petrova, методом "потери" моей медицинской карточки оставила меня на много месяцев без лекарств, которые я должен был принимать ежедневно для снижения уровня сахара в крови. В тюрьму я попал, прежде всего, благодаря своему домашнему врачу. Пачка амарила стоит 80 евро, сиофор 20 - итого 100 евро, значит украсть надо было не меньше чем на 300 - 400 евро. В общем, зная, когда у больного закончатся лекарства, легко вычислить, когда больной пойдет за деньгами для покупки лекарств. Что и было сделано.

В Германии быть врачом можно только при условии абсолютной лояльности власти. Клиника обязана написать мне справку, что проживание Валентина в гостинице несовместимо с его здоровьем. Жилищное ведомство на основании этого заключения обязано быстро дать нормальную квартиру. То есть выполнение врачом своих служебных обязанностей, я уж не говорю про клятву Гиппократа, - это гарантия невозможности преследования путем выселения из квартиры.

Чему равны шансы, что немецкий врач пойдет против городских властей? Нулю. Значит, единственное, чего можно достичь на этом пути, - создать неприязненные отношения с врачом, ...а потом у него лечиться...  Но, если дальше жить в гостинице, то через какое-то время врач уже будет не нужен, ни мне, ни сыну, мертвецы, как известно, во врачах не нуждаются, - значит надо идти к квартире через онкологическую клинику и врача. Другого пути просто нет.

Уже беседовал с врачом университетской клиники Dr. Med. Fischer на эту тему, он меня сразу же послал к социальному работнику этой клиники Assauer. Через три дня встретился с Азауером, он сказал, что нужное мне письмо, он без врача доктора Фишера составить не может. Тут же в клинике (Валентин не расстается с ноутбуком) написал доктору Фишеру письмо (копия Асауэру), что мне необходимо заключение клиники для жилищного ведомства, в котором должен быть указан диагноз, а также то, что переезд из гостиницы в квартиру требуется по медицинским соображениям.

ТРЕБУЕТСЯ УБЕЖИЩЕ

 

1 февраля 2009 г. 

В Германии нет свободы слова, нет свободной прессы, только поэтому мы с сыном до сих пор находимся в этой стране. Если бы в прессу попало то, что здесь происходит, особенно история помещения Валентина в детский дом, то мы бы с Валентином уже давно были в Москве. А если вообразить, что в СМИ попадают иск в Европейский суд, открытое письмо президенту России, переписка с обер-бургомистром Кельна, переписка с Генеральным консульством России в Бонне и опубликованная здесь часть книги о еврейской иммиграции, - то это стопроцентная гарантия возвращения к нормальной жизни и работе в Москве, причем в собственной квартире.

Есть ли вообще хоть какой-то шанс того, что в СМИ попадет хоть что-то из перечисленного выше? Вынудить СМИ к публикациям могла бы высокая посещаемость этого сайта. Именно поэтому BND одной из самых главных своих задач считает ограничение доступа к нему. Эту тему я затрагивал многократно и привел множество доказательств ограничения доступа к сайту. При том интересе, который существует к теме моральных последствий проживания евреев в Германии, 70 – 80 посетителей в день – это просто анекдот. А, если судить о посещаемости сайта по числу писем читателей мне, то этот сайт вообще не присутствует в Интернете.

В последние месяцы большую популярность приобрел видеоролик на YouTube, где Валентин объясняет причины отказа ходить в школу.

 

Скачать видео…>

За 5 месяцев его просмотрели более 15 тысяч раз. Сразу после публикации его смотрели 5 – 10 человек в день, через месяц 50, потом 100, 200, 300, в последние недели ролик просматривали более 400 человек в день. Зрители оставили более 700 комментариев. Кстати лучших доказательств невозможности проживания евреев в Германии, чем эти комментарии и придумать нельзя. Ролик  с объяснениями причин прекращения посещения Валентином школы вошел сотню самых популярных роликов в Германии в разделе GURU.

Мы воспряли, - вот откуда придет спасение – с youtube. Валентин тут же записал еще один видеоролик, на котором рассказал о том, как проходило выселение. Вот он.

 

Скачать видео…>

Я добавил на канал еще два ролика с текстами иска в Европейский суд и открытого письма директору школы. Что в результате? В BND сообразили, что если мы выложим на Youtube хотя бы маленькую часть того, что есть на этом сайте в виде видеороликов, то уже в ближайшее же время окажемся в Москве.

Позавчера число просмотров видеоролика, где Валентин объясняет причины прекращения посещения школы, сократилось с 450 до 250 в день. Вчера – та же самая картина. Никакого другого объяснения, кроме вмешательства BND не существует. Мы не можем выехать из страны, которую ненавидим, живем в комнатенке размером с тюремную камеру, у нас забрали все вещи, у меня забрали архив, Валентину угрожает принудительное психиатрическое лечение от убежденности в том, что евреям нельзя жить в Германии, и весь этот беспредел возможен только потому, что отсутствует гласность.

ТРЕБУЕТСЯ УБЕЖИЩЕ

 

4 февраля 2009

Наблюдать за тем как паучок плетет паутину, а затем ловит в нее хлеб насущный – интереснейшее занятие. Наблюдение за поведением людей нередко наталкивает на мысль, что человек произошел не от обезьяны, а от паука. Особенно часто эта мысль посещала меня в Германии.

Конечно, это лишь одна сторона жизни, сводить всю жизнь к охоте можно только для зверей. Но, человек божественен лишь наполовину, второй своей половиной – он животное… А, если этот человек немец? Последнее время мне все время кажется, что в немцах вообще нет божественного, одно рациональное… Германия – паучиха, немецкое посольство в Москве – паук, самый низкий в мире уровень антисемитизма в Германии – паутина, статус беженца – паутина, письмо с обещанием множества прав в случае переезда в Германию – паутина …

Разглядывая вчера паутинку на потолке,  вдруг понял, что никакая это не паутина, а плесень. Мерзкая, отвратительная, поганая плесень. Сегодня отнес заявление в полицию. Копию пошлю онкологическую клинику доктору Фишеру.

ТРЕБУЕТСЯ УБЕЖИЩЕ

 

5 февраля 2009

С утра, пораньше поехал в жилищное ведомство требовать сменить гостиницу. Пока ехал в электричке, пытался вычислить вероятность того, что в смене гостиницы откажут?  Как шахматист пытался просчитать ситуацию на несколько ходов вперед. Если…, то…, если…, то.

…Если откажут…, то напишу письма в жилищное ведомство (копии обер-бургомистру, в прокуратуру, может еще куда, например, в местные парламент и газету). Вложу в конверты граммов по двадцать - тридцать наиболее отвратительных образцов плесени с потолка, стен и плинтусов и отправлю. В сопроводительном письме напишу, что-то вроде глубокоуважаемая фрау Лемке-Харденбикер, глубокоуважаемый обер-бургомистр Шрамма, глубокоуважаемый прокурор и так далее. Жилищное ведомство не считает эту плесень способной причинить вред здоровью человека, поэтому я без опаски высылаю образы плесени вам. Посмотрите на нее повнимательнее, если она покажется вам все-таки опасной для здоровья, то пересмотрите, пожалуйста, решение об отказе нам с сыном в переезде в другую гостиницу.

Что дальше? Дальше надо ехать в Москву. Письмо с плесенью – хороший завершающий жест. Лучшего спасибо Германии за спасение от преследований антисемитов в России и придумать трудно. Но, дадут ли после письма с таким приложением выехать из Германии? Понагонят психиатров, те так извратят, так проинтерпретируют рассылку писем с плесенью … В условиях полного отсутствия свободы слова и гласности, можно и в дурдом попасть. Плесень - обер-бургомистру, плесень - прокурору, плесень - прессе, надо же до такого додуматься… Плесень в Германии – это евреи. Так было полторы тысячи лет назад, так было семьдесят лет назад, так будет всегда…

Но, разговор в жилищном ведомстве начался не с плесени. Город дает вам с сыном квартиру на улице Хорремерштрассе, сказала мне фрау Лемке-Харденбикер:

- Вам надо поехать и посмотреть квартиру, но имейте в виду, что арендодатель, если вы ему не понравитесь, может вам отказать…
- Если в Москве обер-бургомистр Лужков, кому дает квартиру, то, это гарантия того, что человек в нее заедет, разве вы, подчиненная обер-бургомистра Кельна не можете мне гарантировать поселение в квартире, которую дает мне город?
- Не могу, - сказал фрау Лемке-Харденбикер и опустила глаза.

Мне ее стало жалко. Затем речь зашла о смене гостиницы. Фрау Лемке-Харденбикер взяла себя в руки: «Ну и что, что плесень. Переезд невозможен. Мест нет».

Все! Решено! Иду к начальству, получаю там отказ и вечером отправляю письма с плесенью. Через пять минут у меня на руках был ордер на въезд в другую гостиницу в центре города. ...Такой жест пропал.

ТРЕБУЕТСЯ УБЕЖИЩЕ

 

8 февраля 2009

ПИСЬМО В ЕВРОПЕЙСКИЙ СУД

European Court of Human Rights                                08 февраля 2008 г., Кельн     
Council of Europe
F - 67075 Strasbourg-Cedex

Номер досье:  30888/07          

Уважаемый Суд!

Немецкие власти вынуждают нас сыном уехать из Германии, угрожая в противном случае помещением сына в детский дом и принудительным психиатрическим лечением от убежденности в том, что евреям нельзя жить в Германии.

Я обратился в ваш суд для того, чтобы вы обязали Германию финансировать наш с сыном выезд из этой страны и обоснование в России. Вынуждая нас уехать из страны Германия, тем самым, закрывает дело.

Обращаю ваше внимание также на то, что невозможность нашего проживания в Германии по причине еврейской национальности представляется городскими и судебными властями КельнА как нарушение закона о школе (Приложение 1).

Сообщаю также об изменении адреса.

Dr. Vladimir Braginsky
Hotel Alt Severins
Josephstr. 15
50678 Köln  Deutschland

 

Владимир Брагинский,
кандидат педагогических наук

Приложение:
Заявление югендамта в суд об организации попечительства.

 

8 февраля 2009

Поменяли гостиницу. Центр города, плесени нет, до потолка можно достать рукой, лишь став на цыпочки. Площадь комнаты метров 10, по тюремным нормам камера на двух заключенных, кажется должна быть метров 16 квадратных. Здесь нас стараются вымотать тем же самым методом – лишения сна. Малюсенький холодильник, новый, но при работе звучит так, как, наверное, будет звучать иерихонская труба, возвещающая о конце света, когда он наступит. В общем, «прессуют» нас по «полной программе», чтобы к судебному заседанию, которое состоится 26 февраля, если из Германии не выедем до этого срока, мы были похожи на вялые овощи.

Теперь по поводу суда. Так долго об этом не писал, потому что просто не мог. Начну писать, и ничего кроме ненормативной лексики не появляется на экране. Сколько раз садился за компьютер, результат один – нецензурная брань. Писать о том, что суд взялся защитить права моего сынах просто невозможно. Тот самый суд, который три месяца назад превратил больного раком ребенка в бомжа, тот самый суд, который лишил возможности ребенка хотя бы самостоятельно осваивать учебную программу, 26 февраля намерен вновь позаботиться о соблюдении прав моего сына. Язык не поворачивается назвать эту организацию судом. Написал суд и уже сфальшивил. Какой же это суд? Суды занимаются поиском истины, суды осуществляют правосудие,  а здесь преследование. Преследованиями занимается ...инквизиция.

Слава тебе господи! Наконец, нашел аналогию, а если все таки употреблять слово «суд», то надо брать его в кавычки или писать «этот, как его, суд», «так называемый суд» или «если так можно выразиться, суд».

ТРЕБУЕТСЯ УБЕЖИЩЕ

Назад Далее           


В картинках


 

 

Наверх: к панели ссылок 

© Брагинский В.М., Брагинский В.В. 1999-2016
Все права защищены.

FacebookTwitterВ КонтактеGoogle+LiveJournalОдноклассникиМой Мир@Mail.ru

 

 

www.braginsky.com
 


 

Если вы не получили ответ на свое письмо или не можете связаться с нами иным способом или проблемы с загрузкой страниц этого сайта, то причина этого - вмешательство спецслужб.  Проблема очень серьезная, решена может быть только совместными усилиями сообщества блогеров.

Если вы опубликуете ссылку на этот сайт или прокомментируете его материалы или обратитесь в прокуратуру своей страны или к прессе с жалобой на недоступность сайта, то окажете поддержку одному из старейших российских блогеров. Свой блог под названием "Книжная лавка писателя" я открыл в 1999 г. когда еще такого слова как "блогер" не было. В то время считалось, что запреты на высказывание мнений в Интернете возможны только путем судебных решений. Сегодня уже очень многие понимают роль и возможности спецслужб в ограничении доступа к блогам.

Подумайте о том, что завтра могут ограничить доступ к вашему блогу. Только все вместе мы можем противостоять расправе со Свободой Слова, а значит и с каждым из нас.   Владимир Брагинский