Евреи не могут жить в Германии.

 

 

 

 

ı Домашняя ı В картинках  ı Была семья ı
ı Быстрый вход в тему ı
В двух словах ı Максимы ı Здравый смысл ı
ı
Пикетирование немецкого посольства ı Репортаж с финансовой петлей на шее ı
ı Автор ı Кредо ı Дневник ı Последняя страница дневника ı Для прессы ı
ı
 Физиология правдолюбия ı Психология конфликта ı Политкорректность ı
ı
Мифы о Германии, евреях и немцах ı Интеграционный прогноз ı
 
ı Лагеря концентрационные, беженцы контингентные, Что общего? ı
ı
Зачем Германии евреи? ı Действительно ли Германия покончила с нацизмом? ı
ı А, судьи кто? Психиатрия  ı Карательная психиатрия в Германии ı
ı
Валентин Брагинский, немцы и Достоевский ı Критика ı Пачкуны ı Статус  ı
ı
Война с государством ı BND ı Идет охота на архив ı ФСБ ı ФМС ı
ı
Завлечение в Германию ı Задержание в Германии: Что я сделал не так? ı
ı
 Брагинский против Германии: Жалоба в Европейский суд по правам человека ı
ı
Свобода слова в Германии ı Заказная публикация ı
ı  Письма ı Открытое письмо уполномоченному по правам человека Лукину ı
ı
От Адама ı Зомби ı Жиды ı Дневник № 2 ı Иск: Ответчик ФСБ РФ ı
ı
Проекты: ı Книга ı Новизна ı Издателям ı Сценарий ı Сумасшедшая идея ı
ı Помирю, рассужу, воспитаю... ı Если бы советником президента был я ı
ı
Клавиатурная грамотность ı Проект Валентина ı Инвестору / Спонсору ı
ı Политика в России ı Жил был поп, толоконный лоб. Мнение о законопроекте ı
ı Из "Рефлексии любви": Слонов то он и не приметил ı Сын шакала и гиены ı
ı Соотношение между моральным и нравственным ı Любовь к примирениям ı
ı Фаллософическая стоматология ı Хуже иммиграции только тюрьма ı
ı Может он антисемит? ı Охота на птицу счастья: Консультации ı
ı
 Видео ı Видеодневник сына ı Видео и тексты доступ к которым ограничивается ı
ı Мракобесы: Фото ı Это мы любим ı Jüdische Einwanderung nach Deutschland ı
ı Video (Deutsch) - эти видео были запрещены к просмотру в Германии ı
 ı
Контакт ı Сайт в формате pdf ı Это меня не касается ı

Психология конфликта

 

ВВЕДЕНИЕ

Прежде всего, надо сказать, что в этом разделе сайта будет идти речь о психологии серьезного конфликта. Если невиновный человек сидит в тюрьме или психически здоровый человек сидит в сумасшедшем доме, то конфликт, в котором дело дошло до таких последствий серьезный. Я провел три недели в Дюссельдорфской тюрьме, мой сын недавно провел шесть недель в отделении интенсивной терапии психиатрической клиники в Кельне. В общем, конфликт у нас с Германией – серьезный.

Сфальсифицированное обвинение в сопротивлении властям и попытке ударить полицая с большой степенью вероятности будет представлено, как свидетельство психического заболевания владельца и автора этого сайта. В общем, будем считать конфликт серьезным, не только когда невиновный человек сидит в тюрьме или психически здоровый человек сидит в сумасшедшем доме, но и тогда, когда идет следствие по уголовному делу или назначена психиатрическая экспертиза.  

Здесь решение о проведении психиатрической экспертизы. Результатов экспертизы еще нет, но Валентина уже не пустили в самолет,  вылетающий в Москву, и уже отобрали паспорт на пограничном контроле в аэропорту, и уже запретили покидать территорию Германии. Это все судебный произвол. Судебный произвол – это еще один важный признак серьезности конфликта….

Я демонстрировал на главной площади Кельна плакат, на котором было написаноВся фотография «Германия самая отвратительная страна в мире и Немцы самый отвратительный народ на земле», - это требует объяснений. Самое простое объяснение заключается в том, что на площадь с плакатом вышел психически больной человек. Это объяснение было бы верным, если бы какой-нибудь русский или еврей поссорившись с немцем-соседом по лестничной площадке, понес такой плакат на площадь перед Домским собором.

Но, это объяснение совершенно не годится, скажем, для ситуации преследования за обращение в Европейский суд по правам человека, преследования по политическим мотивам или преследования за неугодную власти книгу. Преследование, которое ведется государством, имеет очень мало общего с преследованиями на работе или преследованиями в личностных конфликтах. Поэтому мерить стандартными мерками такие преследования нельзя, обыкновенная психология конфликта здесь не может сказать ничего внятного, она такими проблемами не занимается. Такого раздела как психология серьезного конфликта вообще нет в психологии. Этот раздел сайта, я создаю не только с целью защиты нас сыном от преследований, это первая попытка обозначить круг явлений, которые еще не стали предметом исследований в психологии.

 11 ноября 2009

Продолжение следует

-----------------------------------------------------------------------

За этот раздел сайта я берусь не без тревоги. Чем больше будет на нем материалов, тем убедительнее будет выглядеть утверждение «Владимир Брагинский не просто психически здоровый человек, а человек отменного психического здоровья». А это в свою очередь означает, что фраза "Евреи не могут жить в Германии" на плакате, который он держит с сыном истинна. Еврейская иммиграция базируется на прямо противоположной идее. В еврейскую иммиграцию вложены миллионы. Убивают за значительно меньшие суммы. Ах, не хочешь дальше жить с психиатрическим диагнозом, тогда умри…

-----------------------------------------------------------------------

НОРМА, ЛЕКСИКА

Это нормально, когда человек судей и прокуроров называет животными, скотами, ублюдками и дерьмом собачьим? В обыкновенном конфликте, конечно нет. Нормально, когда к судье обращаются «ваша честь». Но, в серьезном конфликте, высказаться о судье в духе «сын шакала и гиены» еще не значит доказать свою психическую несостоятельность.

Семнадцать мгновений весны. Германия, Гестапо, радистка Кэт.  У Кэт гестаповка забирает ребенка,  раскрывает пеленки и выносит его на холод. Мать смотрит на то, как умирает ее ребенок и… падает в обморок, не произнеся ни единого слова. Ясно, если бы не обморок, то она произнесла, что ни будь такое, что психиатры могли бы назвать симптомом. Но, если учесть, что конфликт серьезный, то чтобы не произнесла радистка в этой ситуации, - это нормально. Если слова выражают именно то, что человек чувствует, если в словах выражена суть происходящего, то психиатрам здесь делать нечего.

Соблюдать номы, человек обязан. Обязан даже тогда, когда идет конфликт, но есть грань, за которой… Еще пример для наглядности: Посадили в котел человека, разожгли под ним костер… Требовать от сидящего в котле, чтобы соблюдал приличия и подбирал выражения рассказывая о своих ощущениях и отношении к тому, кто приказал посадить его в котел очевидно нельзя.

Мой сын, моя радость, моя кровинка, умница,  болен раком… Школа: крадут одежду, режут одежду, преследуют… преследуют в чисто немецком стиле, исподтишка, хорошо спланировав, расписав роли, всем классом, под руководством учителя, под защитой директора. Преследуют словами, взглядами, жестами, смехом... Такого рода преследования значительно более жестоки, чем избиения. Ребенок вынужден прекратить посещать школу. Отца обвиняют в том, что он нарушает закон – по закону я обязан заставить сына посещать школу…

Ждать от отца парламентских выражений в этой ситуации, это все равно, что ждать парламентских выражений от сидящего в котле, под которым разожгли костер, и все же я сдерживаюсь. Преследование продолжается, нас выселяют из квартиры, запирают вещи в контейнере, поселяют с уголовниками и наркоманами, дают такие кровати, … это предел, я называю все своими именами. Вот цитата из дневника. Запись от 14 декабря 2008 г.

«…Вся эта мразь, которая преследовала сына или покрывала тех, кто его преследовал, все эти учителя, директор школы,  работники управления школами, работники югендамта, прокуроры кельнской и генеральной прокуратуры, судья штрафсената, судья, вынесший постановление о выселении ребенка из квартиры и все остальные, утратив копеечные вещи или удобства, сразу же побегут к психоаналитикам жаловаться на душевные проблемы. А, для больного раком ребенка выселение из дома, лишение возможности  пользоваться своими вещами, сон на такой вот постели, по разумению этих чистеньких, улыбчивых и вежливых ублюдков, – не является душевной травмой…».  

В обыкновенном конфликте назвать судью или прокурора «чистеньким, улыбчивым и вежливым ублюдком» – это свидетельство психической патологии. В серьезном конфликте «ублюдок» должно рассматриваться как средство защиты. Человек имеет право защищать свою жизнь, жизнь своих детей, и не только жизнь, свое и детей человеческое достоинство. Делать это он обязан в рамках необходимой обороны. Делать это можно даже с помощью оружия, ну и уж тем более словами. Необходимая оборона - это чисто правовая проблема. Является ли «ублюдок» необходимой обороной, превышена ли она использованием этого слова или нет, должно решаться в суде. Психиатры здесь совершенно излишни.

17 ноября 2009

Продолжение следует

---------------------------------------------------------------------

КТО ЗДЕСЬ ПСИХИЧЕСКИЙ БОЛЬНОЙ?

Ниже этого текста находится решение административного суда Кельна, по делу 312 F 306/09 от 29.10.2009. Судья Порр предписывает пограничным службам Германии не выпускать Валентина за пределы ФРГ. Цитирую «Die Grenzbehorden der Bundesrepublik Deutschland werden ersucht, jede Ausreise des Kindes zu verhindern». Но не только жить в ФРГ предписал судья Порр двум гражданам России.  Он на полтора месяца запретил мне приближаться к сыну ближе, чем на сто метров. Цитирую «Dem Kindesvater wird für einen Zeitraum von 6 Wochen verboten, sich dem betroffenen Kind Valentin Braginsky naher als 100 Meter zu nahem». Не забыл судья и Валентина, которому запретил пользоваться средствами связи (стало быть, компьютером с доступом в Интернет) и даже телефоном, конкретно он приказал забрать у Валентина мобильный телефон «auch unter Verwendung von Fernkommunikationsmitteln - Verbindung aufzunehmen. Es wird angeordnet, dass der Amtsvormund das Handy des betroffenen Kindes in Verwahrung nimmt».

Есть в решении административного суда и раздел «Основания». В нем названа причина применения самой жесткой меры, какая только используется в цивилизованных странах для защиты детей – запрет приближаться к ребенку ближе, чем какое-то расстояние. В решении черным по белому написано: «Der Kindesvater an einer psychischen  Storung leidet». Отец ребенка психический больной.

Первое, что может прийти в голову человеку не знакомому с ситуацией, прочитавшему это решение Порра, - психически больной отец постоянно избивает сына, и остановить его можно только угрозой тюремного заключения за приближение к ребенку ближе, чем на сто метров. Можно предположить еще отца-наркомана, завсегдатая психиатрических лечебниц, заставляющего ребенка принимать наркотики или отца-алкоголика, спаивающего сына или пропивающего или проигрывающего деньги.

Располагает ли судья Порр хоть чем-нибудь, хотя бы отдаленно свидетельствующим о таком отце? Не располагает. Я всегда заботился о сыне, о его здоровье, физическом и душевном, об умственном и нравственном развитии, я делал это, когда сын был здоров, а уж после того, как заболел…

А, что вообще есть у Порра против меня по линии психиатрии? Кроме моих жалоб в прокуратуру об исчезновении документов, применении психотропных препаратов, незаконных обысков, и исчезающих вещей, – ничего. Но, разве жалоба в прокуратуру - это ненормальное поведение? На что надеется Порр? На то, что незаконные обыски, разорение архива и психотропные препараты немецкие психиатры проинтерпретируют как шизофрению или манию преследования. Абсолютно все «доказательства» моей психической болезни созданы в BND. Все  то, что я написал в книгу, в Европейский суд, на этот сайт, взвешенное, спокойное поведение в крайне тяжелых условиях преследований, взять хотя бы помещение Порром сына в сумасшедший дом и все, что было после этого, и продукты моего труда и мое поведение свидетельствуют об обратном, о том, что психически я очень здоровый человек. Об этом же свидетельствуют мои фотографии, например эти, трехмесячной давности.

А, ниже я с сыном.

Административный суд дважды поручал психиатрам дать заключение о моем психическом здоровье. Первый раз он поручил дать такое заключение русскоязычному психиатру Б. Петриченко еще полгода назад. Из того, что до сих пор не появилось на свет заключение Петриченко можно сделать вывод: Петриченко отказался назвать психически больным, человека отменного психического здоровья или его заключение было столь неубедительным, что Порр посчитал необходимым поручить написать заключение стопроцентно своему, не понимающему ни слова по-русски немецкому психиатру.

Здесь мы подошли в своих рассуждениях к принципиально важному моменту, ВРАЧЕБНОГО ЗАКЛЮЧЕНИЯ О ТОМ, ЧТО Я ПСИХИЧЕСКИЙ БОЛЬНОЙ – НЕТ. Порр вынужден в этом сознаться в своем же судебном решении. «DAS SCHRIFTLICHE SACHVERSTÄNDIGENGUTACHTEN LIEGT BISLANG NICHT VOR». Заключения о болезни нет, однако, Валентина не пустили в самолет именно потому, что его отправлял в Москву «психически больной» отец. Пропавшие билеты это ничто по сравнению с тем, что Порр не дает сыну учиться. Валентин 1 сентября должен был пойти в школу в Москве. Порр лишил меня родительских прав, запретил приближаться к сыну ближе, чем на сто метров! Что такого ужасного угрожает ребенку?  Это что же за такая страшная психическая болезнь, которая требует таких экстраординарных мер? В чем она проявляется?

Моя «психическая болезнь», заключается во мнении, что возрождение еврейской жизни в Германии невозможно, а, проявляется болезнь, в том, что я неоднократно высказывал это мнение в самых разных формах.  Например, «евреи не беженцы», «евреи, как и все люди на земле наделены совестью», «жизнь в Германии разрушает».

О том, что это мое мнение о еврейской иммиграции свидетельствует о том, что я психически болен, Порр прямо сказал мне в суде 24 сентября. Тогда же я ему на это возразил, что, так как я думают миллионы людей в  других странах, которых за такое мнение в голову ни кому не придет назвать психическими больными, на что он мне ответил, что его не интересует, что думают миллионы. В общем, узнав что я не верю в возможность возрождения еврейской жизни в Германии, и то, что Валентин имеет тоже самое мнение Порр решил не выпускать нас с сыном из Германии, лишил меня родительских прав, на полтора месяца запер сына в отделение интенсивной терапии сумасшедшего дома, потом поместил в детский дом, дважды после побегов возвращал ребенка с полицией назад, и теперь, вот запретил мне под угрозой тюрьмы приближаться к сыну ближе, чем на сто метров. Этот Порр, он психически здоров? А немцы, которые участвуют в том, что делает Порр, разве они не психические больные? А вообще немцы после Холокоста?

 

 

20 ноября 2009

Продолжение следует

 

---------------------------------------------------------------------------

ЗДОРОВ ЛИ ПСИХИЧЕСКИ ПОРР?  МЫШЛЕНИЕ, НЕВМЕНЯЕМОСТЬ

Оценим мышление Порра по продуктам деятельности. Смотрим сначала в последнее судебное решение от 29.10.2009. В пределах одного документа Порр пишет: «отец ребенка психический больной» и рядом «экспертного заключения психиатров нет». Итак, психически больной есть, и одновременно его нет.

Такого рода вещи возможны в физике, скажем, свет сначала рассматривали как корпускулу. Затем возникла необходимость объяснить такие явления как интерференция и дифракция. Стало ясно, что свет – это волна. То есть корпускула одновременно и есть, и ее нет. Но, в психиатрии такое невозможно, если человек утверждает, что нечто есть и вслед за этим, что этого нет, то это очевидное свидетельство нарушения мышления, это умственная неполноценность.

Как юрист Порр, должен быть, знаком с положениями закона, определяющими принудительное помещение человека в психиатрическую больницу. Таких оснований всего три. Первое – человек представляет угрозу для окружающих. Второе – человек представляет угрозу для самого себя. Третье – человек невменяемый.

Все это я видел в психиатрической больнице, когда мне через две недели позволили посещать сына. Девчонки с забинтованными по локоть руками. Под бинтами порезанные вены. Попытка самоубийства – очевидное свидетельство угрозы для самого себя. Была там больная весом килограммов тридцать. Ясно, что дальше соблюдать диету – угрожает расстаться с жизнью, опять угроза для самого себя. Вторым типом соседей Валентина по психиатрической больнице были дети, угрожавшие или пытавшиеся кого-то убить: родителей, учителей, товарищей, психиатров. Никогда мой сын не угрожал кому бы то ни было расправой или убийством. Ни агрессию, ни суицид Порр не мог взять в качестве основания для принудительного помещения сына в сумасшедший дом, остается невменяемость.

Какими свидетельствами «невменяемости» Валентина располагал Порр? Заявлениями о преследовании в школе, заявлениями о желании уехать из Германии, заявлениями о желание жить и учится в России. В общем, неприязнь еврея к Германии и желание жить в стране, гражданином которой он является, по Порру, все это свидетельства невменяемости достаточное для принудительного помещения в сумасшедший дом. Нарушение мышления Порра столь очевидно и столь серьезно, что понятие невменяемость в данной ситуации может быть применено только к нему самому.

Невменяемый судья лишает отца родительских прав, отдает приказ судебному исполнителю и полиции поместить психически абсолютно здорового ребенка в сумасшедший дом, затем переводит его в детский дом. Дважды после побегов возвращает его с полицией назад, отдает приказ пограничным постам Германии не выпускать ребенка за пределы страны, те изымают у него паспорт гражданина России и не допускают на самолет, вылетающий в Москву, фактически Порр определяет двум гражданам России Германию как место жительства,  затем запрещает «психически больному» сыну общение с «психически больным» отцом, а «психически больному» отцу запрещает приближаться к «психически больному» сыну ближе, чем на сто метров… Очевидно, что этот «судья» должен находится в психиатрической больнице, в виду особой опасности, привязанный ремнями к кровати…

 

 24 ноября 2009

Продолжение следует

 

------------------------------------------------------------------------------

ПАТОЛОГИЯ НРАВСТВЕННОЙ СФЕРЫ – ТОЖЕ ПРЕДМЕТ ПСИХИАТРИИ

Психиатрия занимается всеми видами душевных расстройств. Патологичным может быть не только мышление, патологичной может быть нравственность. Серийные убийцы нередко считают, что убивая, людей какой-го типа или какой-то социальной прослойки, они делают доброе дело. Людоеды едят людей не только от голода…. Психические больные с патологией нравственной сферы не в состоянии отличить добро от зла. Судья Порр приказал поместить моего сына в сумасшедший дом и в судебном решении об этом записал, что сделал это в интересах ребенка.

Не секрет, что побывавший в сумасшедшем доме человек всю оставшуюся жизнь несет этот крест, клеймо человека, от которого нормальным людям лучше держаться подальше. В представлении Порра, положить такое пятно на вступающего в жизнь молодого человека – это соответствует его интересам. Лишить ребенка возможности учиться в школе (Валентин уже три месяца мог учиться в Москве) – это тоже в интересах моего сына. Вынудить его жить в стране, которую он ненавидит – это  тоже в интересах ребенка. Заменить любящего отца, с его образованием, жизненным опытом на совершенно чужих людей, каких-то пэтэушников, с их пэтэушным представлением об устройстве мира, дать им власть над ребенком…, лишить ребенка общения на родном языке, запретить то, чем мой сын пользовался всю сознательную жизнь, то, без чего немыслима жизнь сегодня. Ведь телефон и Интернет Порр запретил Валентину также в его интересах. Давить на сына запретами пребывания на свежем воздухе, заменить здоровое, полноценное домашнее питание, на убогий рацион детского дома, судя по текстам судебных решений Порра – это тоже соответствует интересам больного лейкемией ребенка.

Этот моральный урод – убивает моего сына, и я ничего не могу поделать, не только за нелегальный переход границы, даже за общение с сыном он меня может посадить в тюрьму. Порр - моральный урод… надо это еще обосновать…

Вы никогда не задумывались, почему наказание за мародерство во все времена, во всех армиях, ведущих любые войны справедливые и захватнические, было одним – смертная казнь. Позволить солдатам заниматься мародерством – означает лишиться армии, проиграть войну. Мародерство, если его не пресечь казнями, лишает армию боеспособности, в считанные дни превращает ее в сборище подонков, которыми невозможно управлять. Ничто не разлагает так, как  мародерство. Почему? Потому что ограбляются мертвые. Пока человек жив он защищается даже взглядом, мертвый - полностью беззащитен.

В разных слоях общества существуют разные представления о добре и зле. Но, есть сферы, в которых эти представления полностью совпадают. Мародер вызывает отвращение всюду. Преступления против детей не одобряются ни в каких слоях общества. Убийцы детей и педофилы изгои везде, их даже в тюрьмах надо защищать, иначе с ними расправятся обыкновеннее преступники. Почему люди, совершившие преступления против детей считаются уродами, в любых слоях общества? Потому что дети, как и мертвые не в состоянии или очень ограничены в возможности себя защитить. Отсюда тоже вытекает, что Порр моральный урод и ублюдок.

25 ноября 2009

Продолжение следует

 

           


В картинках

 

На первом сайте «Рефлексия любви», лет десять назад, я как-то писал, что если бы Парижской палате мер и весов потребовался эталон психически здорового человека, то она смело могла бы предложить мне занять это место в среди экспонатов...>

Представьте, что у вас стали постоянно пропадать вещи. Очки, часы, зонты, телефоны. Раньше ничего подобного с вами не происходило, а с некоторых пор, ваша жизнь резко изменилась. 

Первый вариант поведения в этой ситуации: вы никому не говорите об исчезновении вещей и постепенно... сходите с ума. Второй вариант – вы всем говорите об этом, объясняя пропажи тем, что у вас с что-то с головой. И, наконец, последний из возможных способов поведения – вы рассказываете всем о пропажах, объясняя это нечистой силой или действиями спецслужб.  

Очевидно, что любым своим поведением вы плодите свидетелей того, что с психикой у вас не все в порядке. Достаточно систематического исчезновения личных вещей и вы, абсолютно здоровый человек, в глазах окружающих – псих ... 

 

 

Наверх: к панели ссылок
 

© Брагинский В.М., Брагинский В.В. 1999-2016
Все права защищены.

FacebookTwitterВ КонтактеGoogle+LiveJournalОдноклассникиМой Мир@Mail.ru

 

 

www.braginsky.com
 


 

Если вы не получили ответ на свое письмо или не можете связаться с нами иным способом или проблемы с загрузкой страниц этого сайта, то причина этого - вмешательство спецслужб.  Проблема очень серьезная, решена может быть только совместными усилиями сообщества блогеров.

Если вы опубликуете ссылку на этот сайт или прокомментируете его материалы или обратитесь в прокуратуру своей страны или к прессе с жалобой на недоступность сайта, то окажете поддержку одному из старейших российских блогеров. Свой блог под названием "Книжная лавка писателя" я открыл в 1999 г. когда еще такого слова как "блогер" не было. В то время считалось, что запреты на высказывание мнений в Интернете возможны только путем судебных решений. Сегодня уже очень многие понимают роль и возможности спецслужб в ограничении доступа к блогам.

Подумайте о том, что завтра могут ограничить доступ к вашему блогу. Только все вместе мы можем противостоять расправе со Свободой Слова, а значит и с каждым из нас.   Владимир Брагинский