© Russkaja Germanija 

< N- 10/2002  11.03 - 17.03 >

Что слышно в Германии? – Воруют!

И особенно усердствуют в этом занятии у нас в Рейнвестфалии. Причем, вполне добропорядочные бюргеры. Воруют все, что только под руку подвернется – аварийные молотки, деревья, кладбищенские цветы, газовые горелки...

   Мы привыкли думать, что это наш национальный спорт. Знаменитое карамзинское: «Что слышно в России? – Воруют!» стало любимой народной поговоркой, как только в перестройку издали Карамзина. Потому и стало, что свело в одну емкую формулу то, что все знали всегда. Крупные воры при должности, как олимпийские чемпионы, достойно венчали собой движение миллионов. Всю эпоху строительства развитого социализма газеты пестрели фельетонами про «несунов», а в ритуал похорон вошел обязательный обряд: могильщик своей острой лопатой обрубал под самые головки стебельки положенных на свежую могилу цветов. Это не символизировало прервавшееся цветение жизни. Это – чтобы не украли.

   Зря гордились. В мировом первенстве по воровству немецкую сборную можно смело выставлять против нашей, и еще неизвестно, кто унесет кубок.

   Про воровство в магазинах говорили столько, что даже как-то неудобно повторять. Между тем говорить есть о чем: в одной только СРВ в 2000 году одних только зарегистрированных случаев было более 129 000, ущерб в пересчете на евро – девять миллионов. Воры представляют все слои общества и крадут явно не от голода.

   В отелях воруют еще масштабнее – на 50 миллионов евро в год. Съезжая, гость небрежно кидает в чемодан пепельницу, банное полотенце или халат. Бывает, прихватывает картину или зеркало со стены. Если его не поймали с поличным, изобличить бывает трудно – имеет обыкновение сваливать вину на горничных.


 

Тащи с работы каждый гвоздь

   Впрочем, горничные и впрямь не без греха. И не только они. Ибо нигде не украдешь так комфортабельно и со знанием дела, как у себя на работе. Всякие мелочи прихватывают прямо во время трудового процесса. Компьютеры, станки, складские запасы выносят после работы и по выходным.

   По данным полиции, в Германии ежегодно наворовывают на рабочих местах на 10 миллиардов евро. Не забудем при этом, что не все пропажи регистрируются в полиции. Размах свершений наводит на мысль об организованных бандах, но на самом деле тащат в розницу неприметные служащие – застенчивые воришки, щеки которых заливает краска неподдельного стыда, когда их хватают за руку.

   Часто изнемогшие в неравной борьбе предприниматели нанимают частных детективов, сведущих в профессиональных хитростях. Например, недавно детективы из агентства Кокса (Kocks) в Кельне пометили невидимой маркировкой все оборудование регулярно обворовываемой химической лаборатории. Следы привели их на блошиный рынок, где знакомый постоянным посетителям торговец по дешевке распродавал экзотический ассоритмент – химическую посуду, газовые горелки, лабораторные весы... Оказалось – сам завлабораторией.


 

Куда девалось японское дерево?

   Но есть сферы, где и частные детективы бессильны. Что можно сделать, когда крадут предмет ценой в 4,12 евро за штуку, но в масштабах поистине всенародных? В четырехстах автобусах «Рейнбана» за прошлый год пропало 5400 аварийных молотков. Они такие хорошенькие! Ни стар, ни мал не в силах устоять перед соблазном и не сунуть изящную вещицу в кошелку или рюкзачок. И воровством это, должно быть, не считают. Так, сувенир на память. «Похоже, молотки стали излюбленным объектом коллекционирования», – обреченно констатирует представительница «Рейнбана» Хайке Шустер (Heike Schuster).

   Коллекционируют и кое-что покрупнее. В частности, редкие растения из ботанических садов. В Альпинуме, ботаническом саду эссенского Груга-парка, регулярно пропадают ценные саженцы. Администрация всерьез задумалась о проверке сумок у подозрительных посетителей.

   А в Бонне с набережной Рейна совсем недавно пропало японское шнурковое дерево (Saphora japonica). Это настоящий рекорд, разве только чемпионы не жаждали славы. Дерево было десятиметровой высоты, размах кроны – девять метров. Вырыть такое из земли – не хухры-мухры. Надо часа два поработать, в одиночку тут не справиться и без транспортного средства не обойтись. Тем не менее похитители испарились бесследно. Уголовное дело по нанесению материального ущерба в 2700 евро возбуждено против неизвестных лиц.

   Что уж говорить о многочисленных, не наделенных богатой фантазией, но практичных озеленителях своих балконов за казенный счет. Они по-немецки аккуратно посещают городские парки с пластиковым пакетиком и лопаткой и прореживают посадки бегоний, гераней и незабудок на клумбах. Основной метод борьбы с ними – создание резервного фонда зеленых насаждений. «Мы всегда покупаем на пять процентов больше растений, чем требовалось бы», – признается глава дюссельдорфского объединения паркового, кладбищенского и лесного хозяйства Берт Жилле (Bert Gillet).


 

Место скорби – место кражи

   Крадут и свечки в церквях, и цветы на могилах. И мало помогают судорожные попытки защититься от воровства – кирхи, запертые на замок сразу после службы, патрулирование кладбищ на мотоциклах... По наблюдениям служащих, в последние годы количество краж неуклонно растет. Хочется возмущаться, пламенно говорить о цинизме и святотатстве. Но крадут совсем не злодеи. Крадут «нормальные люди», считающие себя добропорядочными членами общества.

   «Gelegenheit macht Diebe», – говорят немцы, что буквально означает: «Случай делает воров». Или по-русски складно: «Плохо не клади, в грех не вводи». Пословица успокаивает. Значит, все нормально, исстари повелось, лежит в природе человеческой. Кривая роста вот только слегка настораживает. Психолог Дитер Шпек (Dieter Speck) из Фирзена, занимающийся этой проблемой, констатирует: «Для молодежи все менее очевидны моральные аксиомы, крепко укорененные в сознании старших поколений». Ему вторит евангелический пастор из маленького Радеформвальда, кладбище которого тоже не пощадили воры, Карлхайнц Поттхоф (Karlheinz Potthoff): «Многие люди утратили отношение к кладбищу как месту скорби. Меняется культура поминовения мертвых. На мой взгляд, это отражается и в росте числа анонимных погребений».

   Конечно, оба правы. И пословица тоже. Все в природе человеческой. К тому же – миграции, приток чужаков, привычка жить сегодняшним днем и в долг – все больше растут анонимность и отчужденность человека от своих корней и плодов своего труда, понемногу размываются основы западного гражданского общества, вот и остается все меньше святого на земле и на небе.

Галина Бушкова